Воспоминание о Хемингуэе

 К Ростову поезд подъезжал где-то в час ночи. Пассажиры уже спали, в вагоне было тускло и влажно от их дыхания, и он, покачиваясь и мигая, стал напоминать корабль, ведомый кем-то или чем-то в какое-то небытиё. Уснуть вовремя мне не удалось, вчерашние досужие разговоры соседей об отчаянных ростовских головорезах казались пересказом страшных снов, имевших мало что общего с обыденной действительностью. Поезд затормозил и остановился, как будто сел на мель. Я прислонилась боком к перекладине и задумалась о чем-то своем, далеком и пространном, не ожидая никого увидеть - мы ехали на юг, свободных мест в вагоне не было уже в Воронеже. Вдруг в полуметре от меня возник мужчина, широкоплечий и низкорослый, резкий и явно сильный физически. Его грубое лицо было "выполнено" в лучших традициях криминального жанра. Узкие, к тому же прищуренные глаза выдавали хитреца, способного быстро и без лишних усилий оценить ситуацию, оценить в самом прямом смысле, на предмет того, чем можно поживиться. Он был небрит и пьян, в руке нервно крутил какой-то металлический предмет, и казалось, что в голове его зреет какой-то преступный план.

 "Какой вагон?" - сиплым голосом, не внушающим, мягко говоря, воспитания, спросил он у меня, сокращая между нами все дозволенные расстояния. Я замешкалась - номер вагона совершенно вылетел у меня из головы, да и приближение такое меня совсем не радовало. Делая над собой усилие, я выиграла момент, чтобы ещё внимательней всмотреться в лицо этого человека. У него был шрам над губой, крупный нос и сильно выпирающий подбородок. Его трехдневная щетина напомнила мне вдруг о Хемингуэе - жизни, судьбе, внутренней свободе и самоубийстве мной любимого писателя, и от несоответствия всех остальных черт во внешности этих людей я невольно, но по-доброму, улыбнулась. "Второй", - вспомнив номер, ответила я уже почти сострадательно и по-дружески.

Он потупил взгляд, как первоклассник, ловким движением убрал металлический предмет в карман и, стараясь скрыть смущение, резко повернулся ко мне спиной. "Благодарю", - почти нараспев выдала мне его тень и исчезла. Поезд тронулся. Я, накрывшись синеватой простыней и ни о чем уже не думая, через пять минут уснула мертвым сном. Мне снились Хемингуэй и море.

4-06-14

поезд в Анапу