Что в имени тебе моем?

Что в имени тебе моем?
Ты меня не любишь и не ценишь:
Увидев – чего доброго кинешься вон,
Как от грозы под одеяло дети.
Огонь не сможет быть с мотыльком,
Как закат не может быть на рассвете.
Ночь поцелуем встречается с днем.
Цветок не должен любить ветер.

Что в имени тебе моем?
Ты ведь так любишь ярко-красные,
Огненные, стройные цветы,
Что как бабочка над ними порхаешь,
Стремясь к пределам совершенной красоты.

Что в имени тебе моем?
Ромашке никогда не быть розой.
Но как часто приторен избытка мед.
Подложно то, что истиной казаться может.
Бездушный хищник сладким голосом поет.

Влечет тернистый броский шип
И пророчит мотыльковые слезы.
Сирены воспоют жестокую красу,
Коварный эгоизм на алтарь возложит
Жертвенную кровь и безутешную слезу.

В царстве пламени – не выживет нежность,
Вешней бабочки рассыпятся грезы.
Поцелуй хладной смерти неизбежен,
Отольются мотыльковые слезы.
В тихой ромашке – нехитрая правда,
В бесстрастной фальши – греховность розы.

Что в имени тебе моем?
Луговой ромашки лик малокровный,
В дамасской розе - сок несбыточной мечты.
Но распустится и цветок скромный,
Зацветет сердце неземной широты.
Но, как мотылек, сгорев, только оценишь
Природу чистой и безмолвной красоты.

(Стихотворение - метафора, повествующее о порой мало вероятной и полной препятствий любви людей - выходцев из разных социальных слоев и статусов (ромашка и роза, цветок и ветер, роза и мотылек), о неразделенной любви (ромашка и мотылек), а также о том, как порой обманчива бывает внешность (для увлеченного мотылька проще всего влюбиться в очевидную красоту царственой розы, не замечая томящейся в тени по нему простой луговой ромашки, из-за чего в итоге он жестоко гибнет от несовместимости мотыльковой нежности с высшим обществом эгоистичных и теславных цветов. Но ромашка становится поистине очаровательным цветком, однажды нашедшем свою любовь и раскрывшемся в полной красе!)