Одиссей
и сколько раз менялись дни и числа,
вино успело вызреть и прокиснуть,
и бег лепёшкой лунною застыл.
Менялись времена и берега,
устала память отпевать надежды,
а он всё мерял океан безбрежный
ведя трирему вдаль издалека.
Пред ним снимали шляпы облака,
седые волны ластились о вёсла,
никто не помнил для чего он послан
и чья его пославшая рука.
И он не знал, но слышал голоса,
что понуждали в вечности скитаться,
ему хотелось с чем-то расквитаться,
соединить в пространстве полюса.
Свидетельство о публикации №114052802478