Этот был безбород и лыс,
хмур, даже больше – угрюм,
он никого не впускал в себя,
во тьму своих душных дум,
но иногда он любил повторять,
что есть молитва одна,
та, что ему пропевала мать: -
На черной грязь не видна...
Живя одиноко, теряешь связь
со всем, что мимо бежит,
если на черном не видно грязь
пусть кал на полу лежит,
пусть стены комнаты пахнут ссаньем,
не пахнет свое? – говорят.
Всякий может попасть и живьем
в самый кондовый ад.
Годы летели, он черен стал,
вода противна душе,
бывало в трубах он ночевал,
дом противен уже
и лишь иногда под покровом тьмы,
он являлся к себе,
лежал среди куч на прогнившем полу
и обращался к мольбе,
той, что ему напевала мать,
в ней есть такие слова:
Усни, мой кролик, не нужно страдать –
на черном грязь не видна...
Отрывок
© Copyright: Василий Якупов, 2014
Свидетельство о публикации №114051108089
Свидетельство о публикации №114051108089
Рецензии