Бессердечная

В мои рассветы уронил ты слово не случайное,
и кофе губы мне обжёг, разбилась чашка чайная –
на счастье или на беду – о том у Неба спрошено,
в то утро выпала роса туда, где травы кошены.
На пограничье снов и слов – такая околесица
и сов паденье – синих сов, и в поднебесье лестница.
Мне в лабиринтах тишины слышны цветные радуги,
я их рисую иногда, а иногда - с них падаю.
Сегодня к дому твоему одну построю мостиком,
раз я доехать не могу на чай вечерний гостьей к вам.
Мне черно-белую гуашь апрельский день пожаловал,
искала твоего тепла и даже пела... жалобно…
Но ты не слышал... у тебя, всё что ни я – то свадебка,
а я не против... горечь пью, не всем на завтрак сладенько…
Настала очередь и мне пред Небушком ответствовать –
что не жалея никого, тебе дарила сердце я…
А я теперь другим на кой? Такая - «бессердечная»...
пойду искать сама себя с котомочкой заплечною…
Возьму в неё не сыр и хлеб (не бросят люди странницу),
а положу твои стихи – смеяться и печалиться.
Тебе расскажут мужики в твоём родном селении,
что побиралась, мол, одна – танцульками да пением,
что взять с бродяжки – пусть поёт, сирена босоногая,
за песни много не берёт, а душу как-то трогает…
Я подарю свою печаль тому, кто первым встретится,
и время превратит луну в мерцанье полумесяца.
Во тьме ночной, ты знаешь сам, гуляют сны по прошлому,
и ни один из них не стал мне нежеланной ношею.
Там было многое НЕ ТАК и ТАК бывало тоже,
мы были разными с тобой и как две капли схожими.
Болеет всяк по-разному закатами, рассветами…
но если надо объяснять, то объяснять не следует.
Да что на зеркало пенять! Смотри, меня придумавший –
мне так легко тебя понять – мы обменялись душами.
Твоя во мне звенит всегда неистовой рапсодией,
моя – капризницей-луной тебя в ночи находит ли?
Мне волновать, не привыкать, но не тревожить надо бы…
отравой горькой на язык, а так хотелось – снадобьем.
И я, по-моему, не сплю, да голова всё кружится,
и, как и прежде, мне с тобой, ну, хоть убей!
Не дружится…