К шестидесяти двум подходит срок
Моих житейских судеб в мире этом, –
Но я все так же остаюсь поэтом,
И многое перенести я смог.
И жизнь моя сокрыта между строк,
С закатом скорым, с давним тем рассветом;
И будет горький стих моим ответом,
Когда мне судный день назначит Бог.
И пусть поэт не нужен на земли, –
Но там, в небес лазоревой дали,
Я верю, мне зачтут и эту ношу,
Которую я нес весь век земной
И в срок, еще оставшийся, не брошу,
Коль милость Божья будет здесь со мной.
<2.05.2014>
Свидетельство о публикации №114050605160