Из цикла Моя пасека Боксёрские перчатки

Произведение напечатано в сборнике
"Среди однотипных коралловых будней",
Майма, Горно-Алтайская Республика, 2015

Дружба в советское время перерастала в родственные отношения. И вот уже не только мы — две сестры на пасеку едем отдыхать, но ещё и соседку берём с собой. Хорошая интересная соседка была. После педучилища  работала в той же школе, которую закончила, и звали её ученики Зоя Сергеевна. А мы становились в очередь, чтобы тетради её учеников проверить. А это надо было делать так, чтобы ни одна  комиссия из ГорОНО не смогла заметить подлог. Поэтому мы, проверяющие, свой почерк дотянули до учительского каллиграфического, что потом нам в жизни очень пригодилось.
В то лето отправили нас родители на пасеку  в качестве награды за выполненный полный ремонт квартиры с покраской и сменой интерьера. Поскольку в ремонте  нам активно помогала Зоя, то и её мы взяли с собой. Уж не помню, как мы на этот раз добирались до места. А вот обратный путь врезался в память отчётливо.
В то лето мы обучились быть на хозяйстве без взрослых женщин, кормить мужчин в сенокос, и активную пору роения пчёл не пропускать. При этом  продержались  без хлеба в меню  целую неделю, так как закончились дрожжи и мука. Горячее время было. Не даром говорится, что без хозяйки и дом сирота. А хозяйка оказалась в больнице на целый месяц. Вот мы — три гостьи и четвёртая хозяйская пигалица —   управлялись как могли. Вставали с рассветом. Дойка коровы, и выгон  её с двумя телятами на пастбище. Кормление пары-тройки поросят. В промежутках между основным кормлением травы нарвать и задать этим прожорливым крикунам. А уж курицы и цыплята полностью были на попечении младшей из нас: открыть загон, насыпать зерна, свежей воды в корытце налить. И самое приятное — яйца собирать. Казалось, что это маленькая Ида умела делать в совершенстве в отличие от нас. Но и она не усмотрела курицу Пеструшку. Пока взрослые были заняты своими делами, Ида стала недосчитываться Пеструшки по вечерам, а сообщить своевременно об этом постеснялась. Верила, что отыщет её. Однажды Ида увязалась помогать своему взрослому брату разбирать старый омшаник. Он отдирал доски и складывал их в штабель, Ида выбирала между досками утеплитель:  паклю, мох, проложенный в пазах брёвен канат. Вдруг  услышала тревожное квохтанье Пеструшки. Когда осторожно отодрали последнюю доску, увидели удивительную картину: Пеструшка сидела на импровизированном гнезде и с места не трогалась, хотя в принципе  она была пугливая и не давалась в руки. А под ней - более двадцати яиц-парилок. Когда об это рассказали  хозяйке по возвращении из больницы,  та только руками и всплеснула:
- Вот это подарок, а я всё думала, что надо бы птичье поголовье обновить! Ну, спасибо тебе, племянница, что сохранила и приумножила его.
Лето подходило к своему логическому завершению. Пора возвращаться домой. Нам торжественно вручается самый дорогой подарок — десятилитровый бидон с мёдом, чтобы зимой, попивая чаёк — вспоминать о лете. С тех пор я точно знаю соотношение объёма и веса мёда, если это не подделка, а натуральный продукт: 1 литр = 1400 грамм. Четырнадцать килограмм несли до станции, перекидывая из руки в руку. Но тяжесть забывалась сразу же по приезде домой.
В этот отъезд мы — подростки  решили как-то выделиться. Не помню, что нами руководило. Видимо, на случай, если кто-то вдруг надумает к нам приставать, и позарится на мёд, который мы везли. Накануне перед выходом с пасеки «посадили» по пчеле в каждую ямочку сжатого кулака, которая указывала на тридцатидневный месяц года. Каждая из нас,  пожертвовав жизнью шести пчёлок, в день выхода  любовалась своими кулаками - «боксёрскими перчатками». Сравнивали — у кого они увесистее.  Взяв бидон с мёдом двинулись в путь. До трассы протопали километров шесть. Дальше идти с таким грузом не было сил. Решили голосовать. После получасового томления на солнце смогли отчаянными взмахами своих рук остановить грузовик. Взгромоздились в кабину. По-о-ехали! На случай, если  шофёр не заметит, как мы вооружены, демонстративно держимся за поручень своими кулачищами. А водитель, возраста наших родителей, как бы невзначай комментирует наши руки: «Вот и мои несмышлёные дочки таким образом пытаются запугать тех, кто вдруг начнёт к ним приставать. А то не понимают, что своими «боксёрскими перчатками» доказывают лишний раз, что ваше женское племя  уже с детства переносит любую боль терпеливее, чем мы — мужики. Так что, делайте вывод, девчонки...».
После этих его слов я чувствовала, как мои перчатки от стыда сдуваются.
 
05.05.2014