Подвиг Маринеско часть вторая

Рассказ в стихах о Маринеско,
Как видно, многих взволновал.
С «Авроры» именной повесткой
Меня поздравил адмирал.

Конечно, это все приятно.
Одним лишь недоволен я:
Что подвиг лодки «С-13»
Раскрыт неполно у меня.

Чтоб осветить тот подвиг полно,
Поведаю вам здесь о том,
Как Маринеско крейсер «Штойбен»
Пустил лежать на дне морском.

Все это в том походе было
Спустя неделю с того дня,
Как лайнер лодка потопила,
О чем рассказывал уж я.

Февральским ясным днем морозным
Вдали от милых берегов
Подлодка шла простором водным,
Шумели лопасти винтов,

Штормило, белые буруны
Качали корпус корабля,
Дрожали леерные струны,
Под коркой ледяной блестя.

Артиллерист, возясь у пушки,
Под нос тихонько напевал,
А командир с высокой рубки
За горизонтом наблюдал.

Вдруг видит он: по курсу прямо
Едва заметный вдалеке
Фашистский крейсер под охраной
Идет поспешно налегке.

Кингстон открыв на погруженье,
Дав ход узлов до десяти,
Пошла подлодка на сближенье
Удар торпедный нанести.

В лучах встающего светила
Не видел немец перископ
От лодки, что за ним следила,
Скользя в воде, как кашалот.

Дистанцию и курс движенья,
Параметры все рассчитав,
Торпеды с точным упрежденьем
Направил к цели капитан.

Залп «веером», и две торпеды,
Пронзая синюю волну,
Помчались быстро прямо к цели
И вдруг взорвали тишину.

Два взрыва с грохотом взметнулись,
Обломки взвились к небесам,
Надстройки, мачты покачнулись
И стали оседать к волнам.

Корабль, как будто тур сраженный,
Теряя постепенно ход,
Бортом кренился пораженным
Все ниже, ниже в бездны вод.

Метались в панике и шуме
Все те, кто был на корабле,
Кидались в море, обезумев,
Ища спасения в воде.

На переполненные шлюпки
Бросались с боем, кто сильней,
Они болтались, как скорлупки
Средь тысяч тонущих людей.

Уж крейсер на бок лег, и волны
Накрыли клотик корабля,
А через две минуты «Штойбен»
В пучине скрылся навсегда. 

Вот так подводник Маринеско
В тот героический поход
Два крупных корабля немецких
Послал на дно в пучины вод.

Урон понес невосполнимый
Фашистский рейх от тех атак,
И Гитлер стал считать отныне,
Что Маринеско личный враг.

Обидно, что в стране советской
Не оценили подвиг сей,
Того, что сделал Маринеско
Для славы Родины своей.

Наград, заслуженных по праву,
Не получил при жизни он,
Героя званием и славой
Посмертно был лишь награжден.