с. Ханяки, 1975
Полос расплывчатого света
прервется неподвижный сон,
когда дурак на склоне лета
потянет потную гармонь.
Под пыльной музыки аккорды
увидим псов больные морды,
учительницу с яркой сумкой,
корову, Петю-недоумка
с бутылкой ярой политуры,
плакат, зовущий в дом культуры,
портрет броватого вождя,
газон, засохший без дождя
и все о чем сказать нельзя.
И в поле зрения скользя,
людям виновен - Богу чист,
вплывет плешивый гармонист
на перекошенном крыльце
с неясной маской на лице.
И, если маску ту сорвать,
под ней покажется опять
другой раскрашенный покров.
И, вот, туманны и без слов,
как поезд пестрых дураков,
на нитках маски скоморошьи
потянутся шальной гармошкой,
как лакированный сапог
с его лица. И кто бы мог
ускорить так движенье рук,
чтоб слился в непрерывный круг
бег масок, чтоб, как серый столб
пыльцы, и дымный каждый скол
прошел тарелкой оловянной,
дробя и сглаживая грани
навеки скрытого лица.
И строю масок нет конца.
И холодом миров иных
с тоской повеет из-под них.
Играй, дурак, тебе не больно…
http://stihi.ru/2014/02/03/2070
Свидетельство о публикации №114040604770
- Реально 75-го года стих? или воспоминания о 75-ом?
Юрий Извеков:
- Реально, сочинил в поезде, отправляясь домой. Отработав школьную практику в ИТУ-26 в селе Ханяки Чунского района Иркутской области. Жил в общежитии поселка Октябрьский, что на противоположном берегу реки Чуны, прямо напротив зоны, гда я работал. Каждое утро переправлялись на работу на катере с остальными учителями и работниками ИТУ, что жили в той же общаге. Из самих Ханяк тоже были учителя, но их не хватало. Поселок Октябрьский тянулся на 52 километра, почти до станции Чуна. Мне тогда было 24 или 25 - вполне поэтический возраст. Другое дело, что записывать сочиненное я стал лет серез 10-20 после сочинения.
Юрий Извеков Улан-Удэ 05.06.2025 19:59 Заявить о нарушении