вата и стебли

ватный звон в печальном перепончатом ушке.
увлекают бешеные огурцы, что раскинулись корпусом макета
парез,  порез, бездвижные иллюзии хлопков
изобрёл ореол на обложке ростка, панацея
вытягивается серебряная базовая шея
путь падают растущие гелево жезлы и перламутровый шрам
сияюще крупно попал в фиалковый глаз успокоенный струнистый бальзам
затерянный в фиолетовом иллюминаторе. один  воронке вешалки радужных звёздных теней.
шуруповёрт, впитоновый солнечный колокол в уединённом перекрёстке полей забей
крыльцо, пурпурные сумерки, нектаром зелёнку запей
кружится в студне окуньковый бубенчиковый суховей
ты смотришь так пусто и рьяно, прочный лазурный небесно-налипающий муравей.
и в пучине стеклянных торжественно-переливчатых зыбких морей
разгорается жезловый сельдерей.
точки, кочки, закуточки.
уже устол выживать бутаном-озоном эти рассветные лоскуточки
а может быть это штиль и макет
а может быть нет.
закупоренный в ковшик ветряных наконечников в пустоте
соскоблился, сам виноват, теперь эти пламенные отголоски везде
град, склад, виноград
я так рад, что печатаю театральные лампы в креветок салат
чёрный повальный чистый обрубок отбрякивает по-птичьи назад
в Орион карат.
разве ты ,початок закатный ,не знаешь про магнетизм и пламень скважин на глиняную форель ?
и беспорядочно растворяются цепкие ракушки в щель.