В обьятьях жарких, озверевшей плоти

В обьятьях жарких, озверевшей плоти,
Томился дух от жажды много дней...
Душа же, сняв с себя покров милоти,
Сгорала в пламени Божественных огней...
Холодный разум, это наблюдая,
Пытался вывести логическую цепь...
И в подсознанье окна открывая,
Вихрем мыслей кружил сознанья степь...

Степная пыль покрыла всё туманом,
Свет солнца блек, сгущалась темнота...
И там на грани, между правдой и обманом,
Скрывалась Истины девичья нагота...
Вихрь сорвал покровы, ожирелья,
Всё разметал по высохшей степи...
И лишь закат, багровой акварелью,
Напоминал о вере и любви...

Но разум одурманеный страстями,
В любовь не верил, веру не любил...
Он выбирал, между тремя путями,
А о пути обратном позабыл...
А позади, вдали на лобном месте,
Словно мираж, стояли три креста...
И у крестов сидели три невесты,
Готовились к пришествию Христа...

Одной в сосуде не хватало масла,
Другой впивались роз шипы в чело...
А в третьей всё уже давно погасло,
И даже пепел ветром разнесло!