Медитация на мысли Василия Розанова 319

" Прошу вас, какова бы ни была ваша невеста, - станьте первый на коврик... Если она кроткая*, ей это понравится, если вспыльчивая, тем нужнее это."
                Константин Леонтьев

"* Все это длинное рассуждение, к счастью, оказалось не нужным. "Коврика" и не заметил, не то, чтобы пытаться "ранее вступить на него". Но какова, однако, психология предвенечная у нас, вызвавшая вековым постоянством своим обычай. "Кто-то из нас будет господствовать?"... Вспоминается слово, сказанное Израилю Богом через пророка Иезекииля: "И ты не будешь Меня более называть господином (Ваал), а будешь называть Меня супругом" (Иегова). Да супружества нет вовсе, если оно не каплет, как мирра, нежностью и благоуханием, взаимной уступчивостью, восторгом уступчивости. "Вступи ты первый (или: "ты первая") на коврик" - вот долженствующая, правильная психология супружества. Но нравы потекли так, что этого никто не говорит. И снова вспомнишь Завет Ветхий, Завет Вечный по слову Божию, столь нам нужный сейчас, практически нужный. "Ты и семейство твое" - вечный словооборот в законодательстве "раба Божия Моисея". Человек не мыслится без семьи, как предмет не существует и не мыслится без тени. Оттого сотворение Евы примыкает так органически к сотворению Адама ("из ребра его"), дабы показать, что и мыслиться они не должны друг без друга. Они - органически, и притом предустановленно органически, соединены: и ни Адам не кончен без Евы, ни Ева не начата без Адама. Здесь - любовь, от самого создания и в плане самого создания. Бог в могуществе своем мог бы сотворить Еву из второго куска глины: тогда любовь была бы возможна, а не стала бы требуема. Давно уже у нас (в Европе) стала любовь и связь супружества чем-то "возможным для всякого", а не "необходимым для каждого". Не прибавляем мы: "ты и семейство твое", ибо человек может быть и без семейства, мыслится и бессемейным. Все поставлено так, как если бы "Адам" и "Ева" были сделаны из двух отдельных глиняных куколок. Все уже разрушено, и, может быть, невозвратимо. Правда, и мы риторически повторяем: "Муж и жена - одно", но это - не слово любви (ибо не из любви течет), а слово власти. "Мы соединили, стало быть - одно" (= "крепко"). И колотит "одна половина" другую. Ревет вторая половина: "Мочи нет терпеть!" Но ей гордо отвечают: "Тише... сделай веселое лицо; улыбайся; сохрани обман, не выдай нас: ведь вы теперь одно, ибо мы вас соединили и уже невозможно разделить вас, так как это значило бы признаться в бессилии нашего соединения; а такому признанию препятствует наша гордость". Вот отчего в Библии есть картины Содома и Гоморры, не утаен случай Лота и его дочерей, вообще ничего не утаено: но на всем протяжении ее листов ни одного (ни одного!) случая, где бы 1) муж жену бил, 2) родители были свое дитя. Все дети рождались в любви, а все супружества были счастливы. Чем, какими мерами золота оценить единственный этот социальный и исторический факт? И не воображайте, что это проистекало: 1) от послушливости еврейских детей, 2) от покорливости еврейских женщин, 3) от любви мужей-евреев. Из непослушания их Моисею, из ослушания их пророкам и Богу ясно, что народ еврейский был буйный, самонадеянный и страстный. Да, но и тигр любимую тигрицу любит, а не грызет. Дело в том все, что каждый еврей жил именно с любимою женою, а каждая еврейка была супругою именно любимого человека; что у них законы о браке, через Моисея данные и потом подробно в том же духе разработанные, были торопливыми слугами на побегушках у любви ("ребро Адама"); тогда как у нас любовь - робкая раба закона, который с нею не сообразуется, а ее с собою, с своей гордостью и неподвижностью, хочет сообразовать."
          Василий Васильевич Розанов - Личные заметки на письма К.Леонтьева
      
       "Переписка Константина Леонтьева и Василия Розанова"

Кто будет господин - жена иль муж -
И будут вместе ли всегда - точно - одно -
Традиция взросла из наших нужд -
Но любви в ее оковах - все - равно!