Дело

Нас с ним судьба свела в Чечне, в десантном разведвзводе:
не свят, не грешен…. На войне он был нормальным вроде,
хорошим другом и бойцом без лишних недостатков,
как все, но что-то было в нём всегда нам непонятно:
он как-то странно воевал: в смертельной схватке тупо
лез на рожон и убивал, врагов считая трупы,
а в час затишья, иногда склоняясь над мёртвым телом,
шептал: "Скажи там: «Нас сюда Господь послал для дела,
Ты передай, что нас сюда Господь послал для дела.....""

Он презирал жизнь, веря в рок, и как-то после боя,
в котором сам на волосок был от свиданья с Богом,
предугадав в моих глазах немой вопрос о чуде,
он, усмехнулся и сказал:  «В свой срок мы все там будем,
А мне Господь отсрочку дал, когда походным строем
шло отделение солдат, не знавших вкуса крови,
бросал на землю с неба тень прохладный летний вечер,
а «чехи» где-то между тем готовили нам "встречу",
За перевалом между тем готовили нам "встречу".

Я помню только взрывы, мат и звон стальной капели.
Очнулся: госпиталь, кровать и боль тупая в теле,
в палате – трое пацанов. Все трое в темпе вальса
за сутки молча в мир иной ушли, а я остался.
Саднило сердце, как нарыв, за тех, кто раньше срока,
души врага не прихватив, ушёл на службу к Богу,
и потому я смог понять. когда смерть рядом пела,
что буду жить. Господь  меня, оставил здесь  для дела,
Я выжил, значит Он меня оставил здесь для дела.....
Вот так-то, парни».

***

Через год, в атаках под Бамутом,
он оплатил свой Богу счёт, и рад был почему-то,
когда на небо уходя, промолвил мне чуть слышно:
«Теперь тебе за тех ребят  ответ держать, братишка…»
И тихо умер.
И  с тех пор, когда ведёт с судьбою
жестокий, бесполезный спор наш взвод  на поле боя
когда кровь льётся, как вода, потоком  оголтелым,
я повторяю: "Нас сюда Господь послал для дела.
Держись ребята! Нас сюда Господь послал для дела!"