Просто мы озабочены очень...

До чего же мы черствые люди! -
Не болеем общей бедой.
Почему как вселенские судьи
Мы играем с чужою душой?

Можем вешать ярлык без прелюдий,
Или мимо пройти без преград.
Просто так ни за что приголубить,
Облачившись в судейский наряд.

Как в партере сидим в театре,
Наблюдая за сценой, жуя,
От страданий проходим в метре,
Равнодушные мины храня.

Ведь до нас нельзя достучаться,
Что случиться на свете должно,
Чтобы стало в нас возрождаться
Сострадание и добро.

А наивный мечтает, что будет
По-другому все и всегда,
И по праздникам, и по будням
Для добра распахнутся сердца.

Нет, не будет чужого горя,
Это общая наша боль,
И любовь воцарится вторя,
Миру - счастье, а не юдоль.

Из души у людей исчезнет
Зависть, ненависть и грусть,
Торжество доброты воскреснет,
Радость жизни появится пусть.

Но причина нужна для счастья,
И в сравнении оно дано.
Ведь недаром есть слово несчастье,
Что по смыслу противно равно.

Значит что? Никогда не исчезнет
Зависть, ненависть и грусть?
Торжество доброты не воскреснет,
Радость будет, но будет и гнусь.

И по-прежнему будет горе,
И страдания будут, и боль,
И любовь победит не скоро,
Да и будет не жизнь, а юдоль.

И сидеть будем мы как в театре,
Наблюдая за сценой, жуя,
И  пройдем равнодушные в метре,
Молчаливые мины храня.

Слава богу, что нас не коснулось!
Может быть, пройдет стороной,
Ничего в нас не встрепенулось,
Человек-то был не родной.

И совсем мы не черствые люди,
Не смеемся над чьей-то бедой,
Не играем мы роли судей,
И живем с обычной душой.

Просто мы озабочены очень,
Слишком заняты мы собой,
И проблемы за нас, между прочим,
Не решит никто другой.

Да и радуемся мы, но не вместе,
Есть и счастье у нас, не на всех,
И любовь бывает, но в песне,
И успех, не всегда, и смех.

В общем, все это очень уж лично,
И на суд мы не все отдаем,
Горе мы предъявляем публично,
Ну, а счастье в кармане несем.

03.02.2014