***
И стану я уродиной:
Глаза погасли, толстый нос
Стал серо-буро-розовый.
Морщины, «домики» бровей,
И песье выражение,
И рот, как щелка без дверей,
В утробу постарения
Еще совсем немного слез
И жизнь спокойно вытечет,
И кто-нибудь в минуту грез
Меня по новой выпечет -
Из слезостойкого сырья,
Возможно, горько-сладкого,
И буду недоступной я
Для покушенья гадкого.
Как только поднесут кулак
С угрозой и обидою,
Ударю горечью, да так,
Что и - не позавидуешь!
Лепешку сладкую свою
Сама на завтрак слопаю,
И счастья-радости судьбу,
Быть может, не прохлопаю
Кафе «Старый подвал»
Я выпила пару бокалов,
Прекрасного, правда, вина,
В кафе, что в старом подвале.
Сидела я там одна.
На самом обвале сознанья
Наверное, неспроста,
Хрипела песня с названьицем:
“Мадам - Вы сама красота”.
Мадам, Вы вдали от России,-
Бархатный голос стонал,
И не было, не было силы
Сказать, чтоб он ближе искал.
Не в полузабытом Париже,
А в нашей Москве, под рукой,
Сменившей обличье трижды
И ставшей совсем другой.
Он знал бы, что в старом подвале
Забившись опять в уголок,
Ждать чуда мадам устала,
Своя - с головы до ног.
Свидетельство о публикации №114022011915