Памяти Владислава Мамышева-Монро

… Я «Столичную» томатом разбавлю – «Кровавая Мэри!..»
Енисей - перед нами!.. Дальний берег зарос кедрачом...
... Улыбнётся слащаво с обложки красавица Мерлин –
Я намедни пришпилил эту фифу на свой «бардачок».

Встаньте, Мамышев, встаньте!.. Хорэ жрать водяру в бассейне!..
(«Воробью -  по колено!» - рассмеются ехидно враги…)
... Из буранной страны с названьем зяблым – «Рассея»,
Как из бездны взываю: «Встаньте! Боже, спаси! Помоги!..»

//… Здесь, укрывшись овчиной, кровью пишет Серёга Есенин.
Здесь, схватившись за сердце, захрипит ночью Вася Шукшин.
Здесь Володя Высоцкий умотал в гастроном Елисея.
Здесь вампилову лодку – словно щепку! –  разбил баргузин//.

Небо нонче напялило из хрустальных созвездий кокошник.
- О! Уха будет классная!.. чисть картоху! Где ножик, Альберт?..
… Моя мама мечтала, что я буду - успешный Художник;
Экономя на хлебе, покупала мне краски, мольберт...

… Я далёк от Монро, от гламура, лакейства и лести,
И от зноя Бали, где луч солнца всех bule обдурил...
Маскарада – не надо!.. Друг мой, в мёртвое имя влезть –
Что в могилу чужую!.. Или в гроб... ты вкурил?!.

... А в бассейне – лафа!.. Пахнет йодом, «Мохито» и хлоркой.
За водярой и фруктами убежал твой из Питера кент.
Нет, не братья тебе, – обитатели тамошних моргов
С алюминиевой биркой на левой, синюшней ноге.

..."Беломором" дымит мой весёлый напарничек Гена –
/Браконьер он от Бога!../ Поучает: «Васяка, не трусь!..»
… А в балийских рассветах – шевелюра безумца Гогена,
А в балийских закатах – петербуржская светлая грусть.

… Я пью "Херес" и "Вермут"... я крещусь на восход троеперстно...
И мои собутыльники – сплошь поэты! – Петруха… Фома…
Мы херачим всех матом…  Мы возносим величье Имперству!..
И для нас всё едино - преферанс, перефраз, перформанс…

Бьют в глаза – словно лазер! -  ДПС-ного жезла полоски.
«На одну "пятихатку" ты меня, старшина, обезжирь!..»
… Рассмеется в лицо камбоджийский гулёна Полонский:
«Влад! Акунина с Юлькой, нагишом, я прошу, напиши!..»

- Ген, давай за удачу по гранёному «Мэри» накатим!..
За великий талант в каждом деле!.. Поспела уха?..
... Я пытался писать – как Ван Гог – средь подсолнухов Катю,
Да не слушались краски... и дрожала с похмелья рука...

Я смотрю в небеса, в эту чёрную, звёздную бездну...
/Скоро утро.../  - Смотри: пал туман… Он - белее снегов!..
...В енисейских рассветах - нашей  юности бравые песни,
В енисейских закатах - наша первая боль и любовь.

«Встаньте, Мамышев, встаньте!..» - окликают Вас русские гиды.
Вон, в одежде нырнули... ищут – где же Вы?.. – Володя, Тарас…
//… Вспомнилось: по «бульдозерной» выставке, кулаком бьёт Никита:
«Мне в ЦК сообщили: "Все они – пидорА!.. ПидорА!.."//

… Осень нонче погожая... Я задумчив, мой друг, и спокоен...
Мне печалей, что в сердце - никогда уже не утолить…
Я часами любуюсь на творенья Сезанна и Гойи,
В дрожь бросает меня сумасбродство сюжетов Дали!..

Повинуясь лишь воле путеводного Звездного Посоха –
Я по гальке бреду... Серебрится ночной Енисей...
И «Корабль дураков», что рождён гениальностью Босха,
Отплывает из осени в твой пропитанный хлоркой бассейн.

А в отеле твоём - два билета лежат в секретере.
/Ты с чувихой-блондинкой лететь хотел завтра в Брисбен/.
... Беспрестанно звонит корефан твой из города Дели:
Предлагает халтурку - какой-то рекламный проспект.

Встаньте, Мамышев, встаньте!.. И покиньте же свой «лягушатник»!..
Пусть заздравную песню для тебя пропоёт Океан…

-... Эй, Васяка, налей!.. Тебе «Мэри», я знаю, -  не жалко!..
Что, махнем на Бали?..  На Маврикий?..  А может, Гуам?..