***

Призвали мальчиков в жестоком  41-ом.
Из надднепрянских заливных лугов
В пехотный батальон попал отдельный
Парнишка восемнадцати годов.

Что знал он? Ничего. Поля. Дороги.
Корова. Хата. Школа. Сельсовет.
Учитель обличал буржуев строго
И говорил всегда, что Бога нет.

А вышло так, что вовсе и не важно
Рабочий ты, крестьянин, дворянин.
Вот, ленинградский юноша отважно
Воюет как. А он дворянский сын.

Два друга - из Кубани и Полтавы:
Красавцы, великаны – казаки,
Гроза фашистов, батальона слава,
А в вещмешках хранили образки.

Да, пуля – дура, это всем известно,
Но занимают, видно, неспроста,
Те, кто сражались лучше всех, навечно
В рядах убитых первые места.

Но наш парнишка жил и укреплялся.
Два раза ранен был и очень возмужал.
Сначала до границы он добрался,
Потом и до Берлина дошагал.

Война. О ней он думал в День Победы.
Какая боль, какой же ад она!
Но приходило осознанье следом,
Что есть народ, что есть своя страна.

Война …О ней так много спорных мнений,
И, кажется - вот истину поймал,
Но знает правду ветеран согбённый,
Что мальчиком когда то воевал.