1917

…А русские, как прежде – не сдаются!
Им просто ничего не остаётся,
Как не сдаваться. Кровью же прольются
Все те слова. Законом назовётся
Вся сталь, что раскуётся в латы…
Не та, что раскуётся на мечи,
А та, что сбережёт заплаты
На небе, обезглавленном в ночи.
Да, русские не созданы сдаваться.
Им свойственно… им свойственно терпеть!
Сгибаться до земли и не ломаться,
Рычать, стонать и сквозь рыданье – петь!
Их осень, и особенно зимовье…
Их лагеря и смысл между строк.
И демон-алкоголь у изголовья,
Но каждый 25ый всё ж пророк!
Здесь гении, безумцы и злодеи,
Поэты тирании и святые
Готовы изложить свои идеи,
Историй склоны увенчать крутые.
А русские всё терпят и смеются!
А русские всё жалобней поют.
Отплёвываются или плюются!
И всё ж в колодец общий не плюют!
Ведь жизнь свою, как прежде, сберегая,
Закон – живи и дай пожить другим,
Честней любых законов соблюдая,
И лишь его считая преблагим.
А дальше будет с каждым днём всё хуже,
И зимы будут с каждым днём суровей.
А русские не сдались, город в луже,
И вся страна отныне в луже крови!