Рыжик

               

Была зима. У «Булочной», у входа
народ мелькает разный от забот.
А рядом, как и надо – вот природа,
пристроился, есть просит… рыжий кот.
Кто-то пройдёт, а кто-то хлебца бросит…
Кот каждому при встрече уже рад –
такой пушистый, глазки, такой носик – 
не отвести от увлеченья взгляд.
Был он красив, как лев, в носочках белых,
бурундучок, и хвост, как у лисы,
кот – загляденье и картинка в целом,
какой породы… на снегу  - босым.
Так чей же кот? Никто не знает точно.
И говоря, как будто бы ничей.
Он здесь всё время обитает прочно.
И я решил: возьму его скорей!..
Взял и понёс домой, а он – ни звука,
в руках моих безропотно сидит,
и только жмётся весь ко мне упруго.
Принёс домой «лапулю» - он   глядит
насторожённо на меня, на вещи.
Потом освоился, поев вместе со мной,
и стал мурлыкать говором мне вещим.
Вот так и стал он жить в квартире, свой!..
Поскольку был он рыжим, словно солнце,
я стал его звать Рыжиком при  том,
так к добрым людям на ходу в оконце
заглядывает солнышко легко.

Шло время. Часто был я на работе,
и приходилось оставлять его,
еду ему оставив «по охоте»,
в квартире, к сожаленью, одного.
И он скучал и ждал меня желанный,
деля в том одиночество моё.
Пока я сплю – молчит он «партизаном»;
я глаз открою – прыг – корми его!..
Однажды грыз он кости и хрящи…
и подавился – я его лечил.
 И это был такой кот благодарный
и ласковый, что я его купал
и намывал «Шампунем» в нашей ванной,
как будто бы он этой «мойки» ждал!..
И за всё время он меня ни разу
не поцарапал, не принёс «проказу».
Три года жил со мною он надёжно.
И, как-то летом он, смотрю, исчез –
нет ни в квартире, в лоджии нет тоже…
Смотрю в окно – «провеса из повес» -
мой кот гуляет с кошками в компанье,
и уж домой не хочет уходить…
Несу ему на блюдечке «питанье»  -
быть может, на свободе лучше жить!..
Перемахнул, видать, через барьер,
пока на кухне я котлеты грел…
Быть может, он давно задумал волю,
я взаперти держу его при том.
Ну, думаю, побудет пусть на воле,
а близ к зиме – возьму его я в дом.

Ему еду все дружно приносили,
и он любимцем оставался в силе.
Он потолстел и стал совсем солидным
и всеми замечаемым котом,
и приобщился он к округе, видно.
Но… как-то стал ко мне… чужим при том,
не ластится при встрече и не «тает»,
еду берёт – меня не признаёт…
Но… вышло так, что как-то я не встретил
на той аллейке избранной его.
Спросил прохожих, может, кто заметил
кота «Рыжульку», друга моего.
Никто его не видел, не встречали.
И… только незнакомый как-то раз
сказал, что «мама с девочкой забрали
его к себе, кто знает, где сейчас…»
И как его и где я не искал,
его уже я больше не встречал.
Я так страдал и тосковал при этом,
о Рыжике, и сам себя винил,
что не забрал его я этим летом…

Простил меня он, или не простил?..