Магдалена

                Магдалена (сентиментальная повесть).


                I.

                Уборщица Магдалена
                Работает день и вечер
                В общественном заведении
                Работает день и вечер.
                Худая, в рабочей робе,
                Двадцать четыре года,
                Любящая сидеть на попе
                В двадцать четыре года.
                Ей не везёт с мужиками –
                Всё время не тех находит,
                Ей не везёт с мужиками –
                Одни на пути уроды.
                Один неграмотно пишет,
                Другой напролом атакует,
                Третий водкою дышит,
                Четвёртый в тюрьме кукует.
                Квартира – мышиных размеров,
                Долги – высот небывалых,
                Кольцо стервозных соседок
                (Чтоб эти соседки пропали!)
                Кольцо стервозных соседов
                (Чтоб эти соседи пропали!)
                Родня Магдалены – не люди.
                Нет, в смысле они-то люди.
                Но так получилось, как будто
                Живут на поверхности лунной.
                Раз в год приезжает тётя,
                Раз в год уезжает тётя.
                Раз в год приезжает дядя,
                Раз в год уезжает дядя.
                В «контакте» никто не смотрит
                На её аватарку,
                Все любят Селену Гомес,
                Все любят Дженнифер Лопес,
                Все любят Брежневу Веру,
                Но вовсе не Магдалену.
                Жила-была Магдалена
                На хлебе и кашке овсяной.
                Мышиных размеров деньги –
                Лишь хлеб, «доширак» да овсянка.

                II

                Однажды, в Учреждении
                Случилось такое событие:
                Приедет из солнечной Кении
                В Россию по просветительству
                Кениец по просветительству.
                Спросила тогда Магдалена
                Дежурного администратора:
                Зачем он приехал из Кении?
                – Не знаю, наверно, так надо ведь, –
                Ответила администратор,
                Малюя косметикой личико,
                Делая вид, что в бумагах,
                Как делала по обычаю.
                Взяла Магдалена щётку,
                Взяла Магдалена тряпку,
                Взяла Магдалена ведро,
                Сделавшись поломойкой,
                Смывая все непорядки,
                И доставая говно
                Из сломанного унитаза,
                Выгрёбывая героически
                С мощностью сил «Камаза».
                Ругнула под нос рабочих,
                Смешала мужчин всех с дерьмом,
                Что вместо починки сортира
                Мужчины пьют водку с вином.
                Так чистила Магдалена
                С утра до двадцати двух.
                Так чистила Магдалена
                С семи до двадцати двух.
                Носились в тот день сотрудники.
                (А как вы хотели?! Завтра
                Великий день для сотрудников),
                Великое, важное завтра.
                Кто прятал свои огрехи,
                Кто прятал свои пристрастия,
                Кто выгребал орехи
                Из шкафа вместе со сладостями.
                Кто прятал бутылку водки,
                Кто прятал за шкаф селёдку,
                Кто прятал за шкаф молодку,
                Кто комкал свежий «Плэйбой»,
                Кто прятал бюсгальтер чужой.
                Учреждение не узнали
                Начальник с его заместителем,
                Все чистые как служители.
                Но видно, что Магдалена
                От них отличается яро,
                Как жизнь – от загробного тлена,
                Как трио от кварты и пары.
                Магдалена полы домывала,
                Издеваясь над чистотою
                Лощёных и аккуратных,
                Слепящих мир красотою.
                Начальник подумал-подумал.
                Что делать? Не выкинешь ж график!
                Отгул? Нет и отгулов.
                Метался как в бреде начальник.
                Что делать, что делать, что делать?
                Ну ладно, – махнул начальник, –
                Авось как-нибудь обойдётся.
                Махнул рукою начальник:
                Как-нибудь обойдётся.
 

                III.


                И вот самолёт прилетел,
                Просветитель кенийский спустился
                На землю, как бог с небес
                К убогим, болезным и смирным.
                Он чёрен был словно уголь,
                Улыбка – от уха до уха,
                В костях – молодецкая удаль,
                Лицо – как у любомудров.
                Кенийский сошёл просветитель
                С улыбкой пожал он руку,
                Мол, здравствуй, чужая обитель
                Медведей и балалаек.
                Здравствуй, учёба в Лумумбе,
                Общага, портвейн и сайра.
                Средних лет губернатор,
                Плотный, как Терминатор
                Руку пожал с улыбкой:
                – Я вас приветствую.
                – О! Спасибо!
                Вверх каравай приподнялся
                С хлебом, но, правда, без соли –
                Соль вместе с хлебом дали
                Гостю кенийскому после.
                Радостно гость откушал,
                Радостно хлеб откушал,
                Струнный оркестр послушал,
                Он балалайки послушал.
                В этот день лимузины
                По улицам колесили.
                Гостя те лимузины
                По образцовым возили
                Улицам, театрам, клубам,
                Паркам, садам, огородам,
                Выгнав при этом с силой
                Всякое жизни уродство.
                Где-то забор побивали,
                Где-то пальм навтыкали,
                Где-то уволили временно
                Тех, кого жизнь покалечила.
                Часть инвалидов упрятали,
                Часть некрасивых упрятали,
                Напринимав болванов
                В жизни не отличившихся
                Кроме стройного стана
                И мордашкой смазливенькой...
                Все перед ним извивались,
                Словно рабы перед лордом,
                Всячески угождая,
                Не подобая народу...

                И вот он в Учреждении
                И духом и стройным телом
                Порядком уже располнел он
                Стройным высоким телом.
                Идёт он в фойе, рассекая
                Стрелою родной африканской
                Климат Учреждения
                Острой стрелой африканской.
                Масс-медиа  вспышки, вспышки,
                Настырные журналисты,
                Вопросы по разным шпаргалкам,
                Совиные взгляды охраны.
                А уборщица Магдалена
                Случайно пошла в туалет
                Уборщица Магдалена
                Случайно пошла в туалет.
                Сказали ей до туалета
                Не попадаться гостю
                Но ведь без туалета
                Невмоготу беспокойно.
                Не выдержала Магдалена
                Было сильно искушение,
                Вышла моя Магдалена,
                Вышла на опорожнение.
                Раздумчиво посидела там,
                Задумалась о смысле жизни,
                Слышав ушами, что где-то там
                Что-то такое творится.
                Забив на всю философию
                Она поднялась, застегнулась,
                Подумав вслух: может, кофе бы
                Выпить? И просморкнулась.
                Худая, в рабочей робе
                Вышла их туалета,
                Худая, простая, в робе
                Милая Магдалена
                Вышла шагом лёгким,
                Словно модель по дорожке –
                Шагом модельным – в бытовку
                К чайнику, кружке и ложке.
                Мимо прошла Магдалена
                Мимо присутствия гостя,
                Мимо прошла Магдалена,
                В мыслях начальство понося,
                Мол, зажимает зарплату,
                Мол, не даёт квартиры,
                Дескать, из куртки вата
                Лезет. А куртка как будто в тире
                Парковом побывала.
                И просветитель – увидел
                Женщину, мать-богиню.
                Боже, что стало с кенийцем?!
                Истинная богиня
                Шла в униформе синей,
                Что-то бормоча. Что же
                Милая сердцу бормочет –
                Я променяю душу,
                Следуя за бормотом, –
                Вдруг подумал кениец,
                Синюю старую робу
                Взглядом своим провожая,
                Словно домашний питомец
                Хозяина провожая,
                Воя тоскливо в доме.
                – Кто эта девушка? – робко
                Начальство спросил кениец.
                Словно малый ребёнок
                Начальство спросил кениец.
                – Это… –  замялся начальник… –
                Это… уборщица наша…
                (Что ж – увольняться  – думает –
                Так увольняться с треском).
                – Вы… не можете… это…
                Её привести… – кениец
                Меньше стал телом и духом
                От такого вопроса.
                Все удивлённо глянули –
                Что, просветителю плохо?
                – Л-ладно, – кивнул начальник,
                Выронив душу в помойку.
                – э… Магдалена Сергеевна,
                Вас тут… тово… тут просют, –
                Робким ягнёнком начальник
                К уборщице обратился…
                Честно сказать, Магдалена
                Полностью удивилась…
                Вежливо, да начальство
                Просит её приблизиться.
                – Ладно, – она кивнула,
                И подошла, невзрачная,
                И подошла, простая,
                И подошла, некрасивая
                К гостю из Кении мудрой.
                – Знаете, – робко начал
                Чёрный кениец, волнуясь…
                – Я, – продолжал он, – люблю вас.
                С этого первого взгляда.
                Что??? – все вокруг поразились.
                Кто-то упал без сознания.
                – Я вас люблю, – что за сила
                Гостю заставила это
                Вымолвить перед? Кем же?
                Стройной всемирной моделью?
                Тощей киноактрисой?
                Нет, перед девушкой в робе
                С тряпкой, ведром и щёткой.
                – Я вас люблю, – повторил он,
                И, – продолжил, ¬– хочу вам
                Дать дорогое на свете:
                Сердце своё и душу.
                А окруженье кенийца –
                Словно на сцене Гоголя,
                Кто без сознания, кто-то
                Рот раскрыл, как акула.
                – Я вас люблю, – кениец
                Ответил простой уборщице.
                Самое лучшее в вашей,
                Вашей стране России
                Я открыл не в ваших
                Парках, садах, огородах.
                Самое лучшее в вашей,
                В вашей стране России
                Я открыл в этой принцессе,
                Девушке в синей робе.


                26.01. – 31.01 2014.