Памяти Игоря Царева

Мы говорили о прекрасном
не ради красного словца
и покрывал румянец страстный,
всю бледность желтого лица.

Играла будто мандолина,
казалось слышался мне плач,
все то же повторяя имя,
в напевах музыки старинной,
кричал ли ворон, может грач.

А небо растворяло клинья,
птиц улетающих на юг
и плакал голос журавлиный,
а может плакал друг любимый,
забытый у погоста друг.

Душа Поэта улетая,
на горизонте тихо тая,
и осень в свете октября,
листву всю сбросила не зря,
к снегам готовясь, угасая.

А может быть судьба глухая,
листвою первою играя,
читая мысли октября,
поторопила время зря...

***

Прямой дорогою идет,
кто против совести не грешен
и ничего, что Он не вечен,
но вечен Мир, Круговорот.

Кто знает свой последний день -
вот согрешил, теперь покаюсь,
виновен в чем, потом исправлюсь...

Но нет же, нет, не тот Поэт,
кто против совести грешит,
стихия пятая лежит,
его иное измеренье и
поборов свои сомненья,
он дальше по прямой бежит!

***

Не вечны в мире тленном даже звезды,
которые сияют высоко,
бывает, узнаем о людях поздно,
но помним, видим, чувствуем тепло...

Доступен человеческому глазу,
тот образ, что пролил на землю свет.
Горит звезда, потухнет свет не сразу,
горит звезда, которой больше нет.
*
Я чувствую тепло и вижу свет,
Горит ; звезда, которой больше нет.
И образ высоты, тепло и свет -
Двойник звезды, которой больше нет.
Есть имя, плоть, душа и яркий свет,
Горит звезда,есть свет, но тени  нет.