Наталья Майер

Мама

Мама!
Звучит, словно музыка света.
Мама!
И полнится жизнью планета.
Мама!
Рассыплется гулкая тишь.
Мама! –
Тебя окликает малыш.


Снова осень…

Снова осень в парках кружит,
Клён кудрявый золотист,
Дождь оставил всюду лужи,
Пряный воздух свеж и чист.

Тонкоствольные рябинки
Загрустили на ветру,
И прозрачные дождинки
Их умыли поутру.


Ефим

Ефим зимой и летом
Без обуви ходил,
А новые штиблеты
За пазухой носил.
Прохожие смеются:
– Ведь туфли-то с тобой!
– А вдруг они порвутся,
Останусь я босой!


Ленивый барсук
(басня)

В один из дней на мартовской неделе
Уборку звери сделать захотели:
Весне дорогу проторить помочь.
И собрались, лишь отступила ночь.
Волк стал ручьям дорогу расчищать,
Сосульки наземь с ёлочек сбивать,
А мишка в паре с рыжею лисой
Ломая прошлогодний сухостой,
Таскали в кучу стебли, ветки, сучья.
Случилось на пути жильё барсучье.
Толстяк-хозяин вылез из норы:
– Что тут за шум и треск сухой коры?
Субботник? Кто затеял эту чушь?
В лесу важны лишь тишина и глушь!
По мне, вся ваша глупая возня
Нужна не больше чем в норе сквозняк!
Медведь, его послушав, говорит:
– Ведь это, братец, хворост, он горит!
Для нас, зверей, пожар всегда некстати –
Стихия непредвиденна, приятель!
Барсук, зевнув, упрямо заключил:
– Мартышкин труд, пустая трата сил.
А сам подумал: «Вот нашли игру!»
И вновь полез в уютную нору.
– Могу я хоть немного отоспаться?
Подальше от меня трудитесь, братцы!
И он, присвистнув, задал храпака.
Но осуждать не стали барсука
И навели друзья в округе блеск.
Вдруг у норы барсучьей дым и треск! –
Костёр разжечь решили два бобра
И искры отлетели от костра,
Попав на кучу веточек сухих –
Барсук ведь запретил касаться их.
Огонь, попав на хворост, полыхнул,
Жильё барсучье пламенем лизнул,
Едва засоня ноженьки унёс,
Изрядно подпалив бока и хвост.

Пожар-то потушили, наконец,
Но долго горевал ещё жилец.
А, если б потрудился он тогда,
Прошла бы мимо страшная беда!