Пир на пепелище

Всё пало.Бастионы слов.
И мириады искр с глаз сыпались на пол.
А искр ли? Может слёз? НА пол ли?
Или впитываясь в землю?
Быть может и не слёз,а жидкой лавы..
Потоки,выжигающие полосы,как два клейма отравы
Позора,горя и утрат.

Одна. Однее всех одних.
И,одиночеством вприкуску,и запивая одиночеством
Бесцветный вакуум души-
Постылой,опустелой,грустной
Церкви,где не ведётся служб..
Лишь серых голубей под куполом кружится стая...
Под щелест крыльев,клёкот тихий,обвивает
Засохший,чахнущий и мёртвый плющ на ней...

И всё из олова.И сбита позолота..
И полумрак,в котором детский плач...
Так ясно,остро прорезает эхом свода
Как,с лезвием клинка застывший,дрогнувший палач.

Никто не слышит льющуюся боль,
И жгучую,солёную,горелой плотью пахнущую влагу..
Шрамов уродливых не видеть никому,
Но,может быть,и это благо.

Кому по нраву огненный фасад
И обгорелая веранда?
И,резкий,железом отдающий, привкус Ада
Тоски,глубокой,тщетной,невероятной,
Трогательной,самоубийственной и сладкой..

Не видеть бы любителям порядка
Столь неприглядный внешний вид...
Эгоистичным же поборникам порока
На радость развлечением свой позабавить лик
Театром гибнущей души..

И,потому - фарфоровые стены
извне..
И благовоний аромат,
Ступеней белых гордый ряд,
Над пышным золотом и витражами
И каменные ангелы парят...
Заброшенная Церковь- словно банкетный зал
Для тысяч созерцающих гостей..

Но в стенах этих пусто..и робкий плач
Ребёнка лет пяти,подростка,юной девы,
Усталой женщины,старухи у руин..
Для всех тех ипостасей одного не хватит тела.
И что же? Что же ты хотела?
Рыдать,на пепелище продолжая пир?