Элегия

                посвящается В. Б
         I
Однажды ты сойдешь с книг и глубоких картин
В реальность. Пустую, озябшую по причине,
Что между тяжелым выбором простых середин
Ты отдашь предпочтение крайности, нежели середине.
Прошлое мертво, но ты ведь поймешь когда сам
Наткнешься на смерть, дай Бог, ее избежишь
И тот факт, что бесформенность, подходя к весам
Переставит ноги к краю высоких крыш;
Сведет с ума, в остальном - не дает перспективы
На шаг, пускай в неизвестность - так проще
Стать механизмом в стекле своего объектива,
Отдалять, приближая себя к отголоскам ночи.
               II
Да и время измеряется отсутствием "твоего" человека
Вне тебя самого, исходя оправданием из
Чьих-то уст, например, философии страсти этого века
Что обычно приводит людей к движению вниз;
По наклонной, эпоху искусства задев плечом,
Сдвинув с места для крика оратора или монаха
Как сказал Гераклит: "все меняется, все течет",
Но не в силу подвижности, в силу скорее страха,
Перед, просто банальным, ожиданием смерти,
Если ты одинок, если рядом нет чьих-то рук
То любовь на письме, и письмо на столе, в конверте
Будет ждать. Будет ждать, себя заключая в круг.
               III
Так заглянем с тобой в безмолвие, увидим морщины
На лице постаревших привычек держать тайну голоса,
Тишину не меняя к лучшему, в чем и есть причина
Появление в принципе нас из Хроноса, Эроса, Логоса.
Мы лишь те, чьи мгновения имеют вкус будто
Неизбежной вечности, расставляя порядок карт,
На определение масти которых есть лишь минута
Точнее миг, чтобы войти в стандарт,
В цикл, порядок вещей, которые утомительны
Для тебя в безобразие, хоть чуть чуть, есть жизнь
Не думай о том, что мы знаем с тобой и что видели,
Я тяну тебе руки: "хватайся, ловлю, держись!"
               VI
Последуем принципу - станем не такие как все,
Но и в этом есть своя сторона, в том числе, дураков,
Проигравших судьбе свои принципы. Бежать в колесе
Равнозначно тому, как искать для себя любовь,
Что не есть наслаждение, в поисках мы, которой,
Забываем ее преходимость спонтанную до безобразия
Научись варить кофе, и пить его, куря в коридорах
Остальное найдется само, пускай даже не сразу.
И книги твои и картины совсем потеряют смысл
Перед тем, что увидело сердце, точнее очнулось
Где на чашах судьи почти обездвижено коромысло,
И так много дорог, переулков судьбы и улиц.