Фантом Назад в будущее Глава 17

 

     - Знаешь, Владимир Юрьевич, это может показаться занятным, но ты со своим "Кодом жизни" вернул меня к юношескому восприятию жизни. - Сказал Минц, когда Сапожков в лаборатории демонстрировал ему результаты работы Алгоритма.
     - Что, проникаетесь "революционным правосознанием", это же тогда, в первые годы советской власти, большевики вынуждены были искать теоретические обоснования для правовых норм и нашли их у Петражицкого. Не составило для меня особого труда использовать его понятие "правовые установления человека" в приложении к  типичным ситуациям  жизни людей, которые регулируются нормами права. Понятное дело, что впоследствии на помойку выкинули такое правотворчество.. Хотя, эта теория и практика была модной в Советской России в первые годы, но дело не в этом, а в том, что сами эти правовые установления, или, как сейчас называют, - правовые установки, никуда не деваются. Если строить регулирование в противоположную сторону от этого естественного человеческого восприятия, то в общем, всего можно добиться, если перебить тех, кого это принципиально не устраивает.Это и было сделано с пониманием того, что вот есть такая психологическая теория, но она "противоречит интересам советского строительства". В общем, эта теория противоречит любому строительству, если строят не для людей, а для чего то другого. Или не для отдельного человека, а для всего общества, или для корпорации, ведомства. Ну, никак не срастается реальное использование этой теории в реальной жизни. В "реальной реальности", как говорил сам этот теоретик, видимо, "мужик он был неглупый", раз всё понимал, а всё равно настаивал, что не от власти право идёт, а от понимания и отношения самих людей к этим нормам.
        - Это Понятно - Сказал Минц. - А как ты это используешь?
       -Элементарный социологический аппарат достаточен, для классификации по группам, способам деятельности. Далее, стал фиксировать оценки определённых групп и не только оценки, но и варианты поведения - и вербальные и те, что объективно определяются - тестированием. Понятно, что люди вообще разные и, к примеру, вариации темпераментов известны заранее, и поведенческие реакции - тоже не проблема. А вот оценки различных норм, а главное, глубина этих оценок - насколько важно для человека, что бы вот именно так было, а не иначе. Как далеко он может идти сопротивляясь, как быстро занимает конформистскую позицию. Ты думаешь, наверное, что и без исследования понятно, что "против лома нет приёма". И я так считаю, но даже в простом обществе, лучше для всех, когда нормы добровольно соблюдают, а уж что говорить, если общество усложняется и у каждого есть "права". А код, или "код жизни" - это такое рабочее название элементарной классификации  ценностных предпочтений людей: коллективные, индивидуальные; индивидуализм, патернализм, - это когда человек на внутренние предпочтения ориентируется, или на авторитет. Дальше, выясняются цели людей, удовлетворённость их достижением, а также отношение к основным правовым и политическим институтам: праву собственности, власти.
  Дальше, выясняем, как человек готов настаивать на своём праве, какими методами в случае противоречий. Вот такая, на первый взгляд, банальная работа, даёт возможность понять, собственно,- каков "кодовый набор" жизни или поведения существует сегодня в обществе:нормальный, пограничный, конфликтный, революционный. Накладываем ценностные ориентации и получаем:"Нормальный", "Коллективистский" и другие варианты.
  То же и с индивидуальным.
     - А в чем проблема? И так же всё понятно, - что к чему, без этих измерений и кодов, - чуть насмешливо сказал Минц. - Ясное дело, что понятно, но кто бы доктору платил, если бы он больных не запутывал," - смеясь, ответил Сапожков. Понятно то понятно, да не совсем, а главное, непонятно, как со всем этим быть и что дальше будет, если люди дают пограничные и революционные коды и готовы "в руки вилы брать", когда реагируют на вопрос: "Справедливо ли распределены материальные ресурсы?"- или:"Законно ли была приобретена собственность в России?"
       - Так вот, Борис, наши власти ещё до моих исследований явочным порядком перешли к социальному планированию просовецкого типа, когда услышали, как их стали звать величать, в 2012 году после выборов, на улицах городов. Эти Майские указы - и были первыми и основными шагами, развернувшими бюджетное финансирование "социалки", что позволило "погасить пожар". Дальше, уже в начале 2014 - го - призыв Примакова к использованию государственного планирования, и, объявленное Рогозиным, использованию мобилизационных ресурсов в оборонной отрасли, что позволило создать десятки тысяч рабочих мест.  Великолепную динамику стал тогда демонстрировать и Атомпром Кириенко, а что было главным в этом для президента в то время: расширить социальную базу поддержки. Выяснилось, что поддерживал власть только государственный и бюджетный сектор. При понимании, что в принципе "все воруют", вовсе не это  оказалось принципиальным для людей, которых "кормили с руки". Они демонстрировали нормальный коллективный код жизни. Дальше - больше, -этот стиль жизни, после "беспредела чиновного воровства", оказался ближе большинству и мы увидели чудеса развернувшегося строительства в период  2014 - 16 -го годов, на фоне продолжающегося кризиса и в Европе и в Китае. И элементарно, как оказалось, можно было прекратить повальное воровство средств при заключении договоров между государственными и частными предприятиями. И, казалось бы изжитый, советский стиль поведения, жизни и трудовых отношений, стал опять бытовать.Это я тебе хотелки начальства рассказываю, как они желали это представить. Как ты знаешь, это был очередной пропагандистский фантом. И сейчас, когда понятно, что никакие нормальные выборы провести в 2018 году не удастся, а остаться в рамках мировой финансово - экономической системы жизненно необходимо, нам и предстоит ещё раз показать, что прав был Леон Петражицкий: главным в праве является то, чего желают люди, а если общество сложное, то одного рецепта нет. Под разных людей нужны разные возможности -.
      Мы с Вами увидели, как эти два года успешно использована  властью"постсоветская тоска" и стремление к поиску "внешнего авторитета".  Окончательно взяты под контроль средства массовой информации и интернет, свобода слова как бы есть, но вас уже никто не услышит. Полная концентрация финансовых решений в руках президента позволили консолидировать большинство населения за счёт того, что большинство получает доходы или на государственных предприятиях, или являются бюджетниками. И, самое главное, сохранение высоких цен на энергоносители за счёт превращения России в центр международной напряжённости. Это явилось следствием  жизни главного фантомного центра - США. Находясь эти два года в состоянии внешней конфронтации с Россией, они не препятствовали продолжению экономической интеграции России в международный рынок.