С мечтами одинокой ели на площади

...Ель без снега
звездою просится в гущу тумана.
Радиусам телескопов бессмысленно хочется замереть...
Небо в тучах - вулканизирующе багряно.
И где-то плывёт планета богов ТиАмат...
И нам её, в одеяньях рассыпанно рваных,
через смутную облачность
не рассмотреть.

Только ель на площади
звездою вершинки во тьму царапается...
Лучами пытается тайну богов осветлить...
Горнии горизонты в горизонтали еловой разлапистости
пытаются тайнами человечество обворожить,
души разворошить
рисунками вечности из храма Хатха,
где фараоны и те, были не вправе линии изменить,
чтоб не разрушить оригинал Дендерского зодиака,
тайны возникновения мироздания
и желания
в самой бесконечности
возрождением и отчаянием,
хоть в телах человеческих,
хоть астероидами случайными,
хоть параболами обтекаемого, но - ЖИТЬ!

А мы ничего не знаем
про мысли высокой ели на площади,
про звезду её, лучами прокалывающую циклоны Атлантики
и вглядывающуюся в праобразы, создающие свет...
Мы гуляем вокруг с собаками, кошками,
крОшим конфетные фантики...
До зодиака Дендерского,
до планеты богов ТиАмат,
нам всё одно, что у принцессы сказочной распустить бантики...
И другого понятия нет.

Но, постояв за углом с одиноким волшебником,
в одеянии блёклом и непотребном,
я что-то услышу, за тучами скрытое,
что телескопами не объять...
Когда все разойдутся,
и ели на площади в тишине захлебной,
с фонариками, искусственно разлитыми,
 останется лапками, гирляндами перевитыми,
в небо мечтать,
мы подойдём, как единственные опустошённым театром земным
зрители, перманентно востребованные,
преклоним колени
и в невидимое вознесём глаза,
планета богов, ТиАмат,
пройдёт по орбите вселенского поколения,
и только мне и Волшебнику,
как великое миру явление,
пожелает будущее показать...