Всего и есть металла кости,
скелет изящества, и стройность
его гола и холодна,
Но космос рвется на подмостки
Великого сего моста.
И изгибает свой хребет
мост - эфемерность,
мост - атлет.
Не Клод, не поцелуев, нет -
не тот, что, Белыми Ночами,
архитектоника очами
глазеет здесь в провал, в рассвет
миров, где звездам низ и верх
един, в безликом отраженьи,
как плоть обрезано мгновенье,
и Эвридикин стынет нерв.
Жгутом Орфееву измену
мост крепко держит, как пробел,
И небо поглощает пену
культур, эпох. Всему предел
есть Мост:
и боле - ни души.
И свет - есть прана.
Шорох шин.
Бруклинский мост. Следуя темe
© Copyright: София Юзефпольская-Цилосани, 2013
Свидетельство о публикации №113122403746
Свидетельство о публикации №113122403746
Рецензии
