Я шла с позорного свиданья

    ИЗ СТАРОЙ ТЕТРАДИ
( цикл стихотворений)



        СНЕГ

Средь озабоченного дня,
Свои тревоги  затаившего,
Он шел, как говорится, зря,
Как что-то милое, но лишнее.
Он падал просто, без затей,
И в нем нужды особой не было.
Он был,  пожалуй,  для детей,
Для их познанья цвета белого.
Незванней чувства,  тише грез,
Забывший  ожиданье таяния,
Он был неясен, как вопрос,
И  трогателен,  как раскаяние.

Он падал так, ни для чего.
И в этом вечный смысл его.
.

 РОЖДЕНИЕ  ЖЕНСТВЕННОСТИ


Ключицы в зеркале торчком.
Из платья выросла  ты  что ли?
Томленье. Слезы.  В горле ком.
Тебя  не наказали в школе?
Уйти, сбежать  от этих слов,
Презрев предосторожность мышью.
Спастись от  сумрачных углов,
Зовущих к плачу  и затишью.
Вы все не властны надо мной!
Вам не дано  - освободиться,
А я обречена томиться
Как бабочка  -  вниз головой.
Топорщатся мои надкрылья,
Я кожу новую чешу,
Сменяя шелковость ковылью
На твердые ряды чешуй.
Не суждено переродиться,
Покончить  с фазой беготни,
Во мне вот-вот должно открыться
Другое что-то в эти дни.
Еще спеленутая  детством,
Я чувствую внутри толчки,
Слабеют цепкие крючки,
Рывок, -  выпрастываюсь  дерзко,
И вот – срываюсь с потолка,
Лохмотья  старые теряя,
Чиста, спокойна и легка.



СТИХИ О «МИНИ»


Невольно смотрю на  изящные  платьица  женщин
И милый овал бесподобно  открытых колен.
Картины весны вызывают   непрошено  нежность
И  жалость ко всем, кто не носит венчальных колец.

Бранимые многими выше-коленные  «мини»
Хочу защитить от нападок угрюмых  ханжей.
Пусть нравятся им неуклюже-суконные  клинья,
А время избрало  стремительный шелк скоростей.


 Сердясь на  капризы  обманчиво-ветряной моды,
Глядят на девчонок, ушедшие дни теребя,
Две бабушки, в честь  потеплевшей погоды
Пришедшие в садик. Где  вечный их  хлеб – болтовня.

Смиренья и чинности скудную память лелея,
Взывая к минувшему с неколебимой мольбой,
Припомнили бабушки лед и спортсменок  балета,-
«Должно, Белоусова этих фасонов виной».

Да нет же, старушки, при чем тут расшитые блестки
И вихрь коротышек-юбчонок  вкруг палевых  ног?
Я вижу афинских  богинь возрожденную легкость
И сброшенный на пол  одежды  комок.



       ЧЕРНАЧ  КОЖА


Новые люди пришли.
Ходят вокруг привольно.
Что же они принесли?
Смрад, от которого больно.
Бороды, куртки,  хандра,
Кожа блестит от носки.
В каждом движенье  -  игра,
А рассуждения плоски.
Что им озноб иль полет,
Творческих  мук  лихорадка?
Главное, если   идет,-
Просто, как летняя травка.
Новые люди  с умом.
Знанья и методы – супер.
Все проверяют рублем,
Будто в мозгу – компьютер.
Вмиг  подписав договор,
Ходят , как братья, - похожи.
Весь «джентльменский набор»-
Кейсы и черная кожа.
Делают деньги легко.
Тратят на водку, известно.
Веет от кожи тоской.
Н Е И  Н Т Е Р Е С Н О !



ПРИМИРЕНИЕ



Недавние враги, мы примирились снова.
Без писем, ищущих доверия возврат..
Без дружелюбного, единственного  слова,
Без искры взгляда, что так трудно  взять назад.
Нас припекло не гордое раскаяние,
Не поиск повода, чтоб вновь заговорить,
Не жажда встречи – искренне-растаянной.
Не страх – навеки прошлое забыть
Столкнувшись в коридоре неумышленно,
Решили мы не отводить глаза,-
Из-за привычной вежливости  вышколенной,
Диктующей, что можно, что нельзя.
Воспитанные  службой кабинетною.
Шагнули мы друг к другу, как слепцы,
Надежно схоронившие заветное,
Чтоб посторонние не видели концы.

И это  в длинном коридоре столкновение
Как будто стушевало слово «враг»,
И наших пальцев соприкосновение
Подобно было шелесту бумаг.

Без примиренья мы заговорили
О чем-то, вовсе не касающемся  нас.
Под  толстым  панцырем  приличья мы забыли,
Как долго ожидали этот час.



ДЕВУШКА  НА УЛИЦЕ



Ветер колючий просится.
Снег холодит переносицу.
Брови печальные сдвинула,
Горе на улицу вынесла.

Горе прогулкой не выветришь.
Горе рассудком не вытравишь.
Тучей окутало странницу,
Резкой отметило странностью.

Молча идет мимо булочной,
Молча свернет в переулок.
Там, в темноте  затеряется,
С  горем своим не расстанется.


Снова домашние  хлопоты.
Сдвинет тяжелые шторы.
Тает на лбу  охлажденном
С улицы снег принесенный.


        СВИТЕР

Жалую  тебе почетный свитер,
Плотно облегающий  ключицы.
Может,  невзначай  тебе приснится
Свиток,  закрутившийся  на спицах
Стянешь с плеч  постылую  рядницу,
Бросишь в угол кропотливый счет.
Петель  доплетенных вереница
Снова грубым чувством обожжет.
Кто же ведал, что – высок и статен-
Жизнь мою запутаешь, как нить.
Этот узел будет так некстати,
Оборвешь, и все,  не воротить.
Этот свитер – для ухода в вечность.
Как красива  стройная спина.
До свиданья, бронзовые плечи,
Рассчитались мы теперь сполна.
Не бывать – как с головою в омут,
И с разбега, с ветра – прямо в грудь.
Снег идет.
Воспоминанья тонут.
Распущу петельки как-нибудь.

 
.

      
   





МУЗЫКА  ОЧЕЙ
(романс)


Музыка очей беззвучна и тиха.
Музыку очей услышал я когда-то.
И была она  доверчиво- светла
И сулила счастье  виновато.

Плыли облака в лиловой  полу-мгле,
Плыли, напитавшись теплой влагой,
И казалось – плыли по земле
Отраженья осени закатной.

Музыка очей прекрасна, как романс.
Мне не позабыть ее звучанья.
Слушая ее, я полюбил  бы вас
Больше, чем поющее молчанье.

Музыка очей доверчиво плыла,
Не  боясь  беззвучного признанья.
Музыка очей умолкла навсегда.
Но живет о ней воспоминанье.



   ОХ, УЖ ЭТА  МЫШЬ!


Цепляясь  лапками за пупрышки песка
Довольно грубо выбеленной печки,
Свалилась мышь буквально с потолка,
Причем, не причинив себе увечья.

Смотрела я на мелкого зверька,
От ужаса сжимаясь на постели,
В сравненье с мышью просто великан!
Но как боялась, чтоб меня не съели!

А мышь, крупинки извести грызя,
Вдруг выросла размером до гориллы
И,  пасть  оскалив, плюнула в меня
Горящим  пламенем огромной силы.

Со страха я полезла под кровать,
Прижав к коленям стынущие пятки,
Но их настигла алчущая пасть,
Не  пожелав играть со мною в прятки

О, пощади! – взмолилась я, дрожа.
Ведь ты размером чуть побольше  спички
И меньше  остроносого ежа
И даже самой мелкой птички.

И мышь, как  шарик, стала опадать
И удалилась в темный  угол в спешке.
А я решила сон свой рассказать
Той мыши, что свалилась с печки.




        АКТРИСА


Мокрые вишни,
Мокрые вишни.
Только и слышно:
Лишняя, лишняя
Капли по веткам
Как глицеринные
Слезы  на съемках –
Длинные, длинные.
Плачут отчаянно
Не глицеринными
Ливни прощальные,
Слезы кручинные.
Мокрые вишни,
Мокрые вишни…
Как это – лишняя?
Так вот и лишняя.



      АННА


Когда я вижу вас такой,
Закрытой,  будто перл в скорлупке,
Внутри себя, всегда чужой
В немыслимо  красивой  юбке,
Я  знаю: этот день не ваш,
Вы так себе вообразили
И вашей сумрачности блажь
Ни годы, ни глаза не  скрыли.
Вы вся, как старомодный шлейф,
Застрявший   где-то в закоулках
Балов, усадеб, голых шей
И декадентских недоумков.
Вы склонны к медленности фраз,
И даже ваше имя  -  Анна,
Как нитка жемчуга ,  чья тайна
Так притягательно  для глаз.
Волнуя чувства, вы парите
Над  невесомостью судьбы
И ничего уж не хотите_
Ни слез, ни счастья, ни борьбы.
В сравненье с вами я – плебейка
Трудами с веком сплетена,
Суха, как школьная линейка,
Как декларация скучна.
Порывисты мои  повадки,
Я  длинных  не ношу ногтей.
На мне конвейерные тряпки
Во мне -  заботы быстрых дней.
И пусть я не дышу туманами,
Высокий образ возлюбя,
Я заодно с земны ми планами
И знаю, что моя стезя
К свободе выведет меня.




     ПЕРЕСОЛ


Коли не пуд, то триста  грамм
С  тобою соли съедено.
Сказать по правде,  было нам
Ни солоно, ни зелено.

И до сих пор не знаю я,
Зачем пересолила.
Изведав тайны бытия,
Тебя не раскусила.

Как маршал -  сеятель наград –
Тебе   себя  вручала,
Не замечая, как ты рад,
Что я тебя не знала

Вот так мы,  бабы,  врем  себе,
Жестокость дней смягчаем,
И,  непокорные  судьбе,
Солить  не забываем.
.