Мне тридцать девять,

 МНЕ 39
Мне тридцать девять,
Снова год промчался
Я не успел в глаза её взглянуть,
Как будто бы с цепи сорвался,
И постарался по-скорее улизнуть,
Осталась в памяти  лишь боль  утраты,
Не визг,  не плач  врагов,  друзей,
Остались в памяти  лишь скромные лопаты,
Да равнодушие  оплаченных  людей.
Да холмик  одинокий и неровный,
Мне так хотелось закричать,  вернись,
Но кто-то вслух сказал,  нет  бенционны,
И горе  зашептало  мол,  держись
И я сдержался,  что ещё  запомнил,
Об этом  знает  разве только  ночь,
О том,  как  больно,  наедине с собою,
Мечтать о твоём счастье,  дочь.
Ну,  что ж ты хочешь, сын всегда с  тобою,
Я очень многое  хочу,
А сын  пока со мной, и не со мною,
Я это вижу и молчу.
Но вот  когда в  бреду,  сознанье-яма,
Невыносимо  боль  терзает грудь мою,
Шепчу  средь прочих стонов,  мама,
И в этом слове горе  все  топлю.
Мне тридцать девять,  тридцать девять вёсен,
А зим... пожалуй мне не перечесть
Но  вот придёт ли  Болдинская осень,
Чтоб смог я снова за работу  сесть,
Но кончить надо всё же  бравым тостом,
Пусть жизнь моя идёт вперёд,
Не так,  как сказано в каком-то ГоСТЕ
А так,  как ей  самой взбредёт