Офелия ч. 4

Тебе смиренным разве быть достойно?
Когда ты плен любовный признавал?
Я не поверю, что тебе так больно,
Лишь от того, что ты меня узнал...

Тебя скорей всего не это гложет,
Что недоступна я тебе вполне...
Страданием своим себе поможешь,
Коль разберёшься  ты с собой наедине...

А я пойду, смотреть в твой лик унылый,
Уж нету мочи, может, лишь пока?
Я не хочу, чтоб стал ты мне постылым,
Коль ты клянёшься быть мне верен на века...

                х  х  х  х  х  х  х  х  х  х  х  х  х

Мужчина:
И ты уйдёшь вот так - не попрощавшись?
Не подарив мне свой бесценный поцелуй?
Зачем таким родился я несчастным,
И почему в моём рассудке только дурь...

Нет, нет Офелия, тебя не умоляю,
Тебе самой решать, кому его дарить...
Увижу ли тебя, ещё не знаю?
Смогу ли в одиночестве прожить?

Нет, солнца свет: ты не прими за слабость,
Могу я ждать хоть сотню, тыщу лет!
Но разве жизнь моя мне будет в радость,
Покуда тебя в жизни моей нет!

                х  х  х  х  х  х  х  х  х  х  х  х  х


Офелия:
Ты понимаешь - верить мне в такое!?
Ведь я не девушка, мне не мало лет...
Скорей поверю я, что небо голубое,
Или же в то, что почернел весь белый свет...

Сомнений нет: возобладать ты хочешь
Моим красивым телом в этот миг...
Но всё же верю я в тебя, мой друг не очень,
Ведь я наслышана, сколь многих ты постиг!

Ты не красней, так делу не поможешь,
И лучше отвечай так, как всё есть...
Я слышала тебе всего дороже
Влюблённой женщины безудержная лесть...

Но извини, тебе я льстить не буду,
Да и зачем? Раз я не влюблена...
И думаю: тому не сбыться чуду,
И не смогу я быть тебе верна.


                х  х  х  х  х  х  х  х  х  х  х

Мужчина:
Не верности твоей хочу я вовсе,
Надежда больше жизни мне нужна...
Дурные сплетни - только беспокойства,
На самом деле только в них вина!

Ты в это не поверишь, понимаю...
Чего таить - то сам я заслужил...
Теперь упрёком всем твоим внимая,
Вдруг понял, что напрасно жизнь прожил...

То не любовь была - лишь жажда страсти,
Инстинкт животного - присущий палачу!
Над слабой женщиной всегда я жаждал власти,
И вот теперь её я над собой хочу...




продолжение следует