Что привело к гибели лермонтова?

               
                ЧТО ПРИВЕЛО К ГИБЕЛИ ЛЕРМОНТОВА?
               (порок, как болезнь,  и как его лечить)

                Посвящается тем, кто думает, что он               
                «тот, кого  никто не любит».

          Насколько мне известно, никто не задавался этим вопросом. Просто считают, что Лермонтова убил Мартынов. Горько сожалеют о первом и проклинают второго.
          Я думаю, что это упрощенная трактовка – она не приближает нас к улучшению человеческих отношений.
          Я же считаю, что причиной гибели Лермонтова было  полное подчинение чувству, 100%-ная  зависимость от настроения.  А само чувство было направлено к смерти.
           Вот стихотворение, которое иллюстрирует  мое заключение («И СКУЧНО И ГРУСТНО» [5]):
              И скучно и грустно, и некому руку подать
                В минуту душевной невзгоды…
             Желанья!.. что пользы напрасно и вечно желать?..
                А годы проходят – все лучшие годы!

              Любить …но кого же?.. на время – не стоит труда,
                А вечно любить невозможно.
              В себя ли заглянешь? – там прошлого нет и следа:
                И радость, и муки, и все там ничтожно…

              Что страсти? – ведь рано иль поздно их сладкий недуг
                Исчезнет при слове рассудка;
              И жизнь, как посмотришь с холодным  вниманием вокруг, -
                Такая пустая и глупая шутка…

           Я прочитал б;льшую часть произведений Лермонтова из того списка литературных источников, который я привожу в конце статьи [1-10]. Значительная часть из них написана в таком же, мягко говоря, минорном духе, а точнее – в антижизненном.
           Лермонтов часто говорил, что «ему жизнь ужасно надоела» [3, стр. 195].
           Жизнь – «пустая и глупая шутка», «жизнь ужасно надоела». По-моему, так может говорить человек в глубокой депрессии, близкий к суициду. Во времена Лермонтова самоубийства  не были «в моде». Поэтому, возможно, Лермонтов не был самоубийцей. Зато он делал все, что мог, чтобы быть убитым. Так например, Панаев И. И. (1812 – 1862, писатель, журналист, сотрудничавший  одновременно с Лермонтовым в ж. «Отечественные  записки») пишет в своих «Литературных воспоминаниях» [5, с. 9]:
            «У него (Лермонтова – В. И.) была страсть отыскивать в каждом своем знакомом какую-нибудь комическую сторону, какую-нибудь слабость, и, отыскав ее, он упорно и постоянно преследовал такого человека, подтрунивал над ним и выводил его наконец из терпения. Когда он достигал этого, он был очень доволен. - Странно, говорил мне один из его товарищей, - в сущности, он  был, если хотите, добрый малый: покутить, повеселиться – во всем этом он не отставал от товарищей; но у него не было ни малейшего добродушия, и ему непременно нужна была жертва, - без этого он не мог быть покоен, - и, выбрав ее, он уж беспощадно преследовал ее. Он непременно должен был кончить так трагически: не Мартынов, так кто-нибудь другой убил бы его».
             Белинский метафорично бросил о Лермонтове [4, с. 184]:
             «Эта русская разудалая голова так и рвется на нож».
             К сожалению, эта фраза оказалась прозорливой.
             Панаев так объясняет «выходки» Лермонтова [5, с. 12]: «Лермонтов был неизмеримо выше среды, окружавшей его».
             Нет, я не согласен. По-моему, поступки Лермонтова проявляют высокомерие, гордыню, простое неуважение к людям. Представь, читатель, что твоя фамилия Мартынов и поэтому тебя обзывают мартышкой. Причем, будут обзывать тебя, пока, говоря современным полублатным языком, не «достанут». Пусть  изводит тебя этим ярлыком даже гений. Все равно тебе будет очень неприятно. Ты не выдерживаешь насмешек «гения» и воздаешь ему «по заслугам». Тебе же и достанется от общества – обидел «гения».
             Не судить Лермонтова я собираюсь в данной статье, а на примере его характера разобраться, как человек заболевает  пороком и как его лечить.
             Информацию о характере поэта собрать относительно несложно. Один из известных лермонтоведов И. Андроников писал в своей статье «Образ Лермонтова» [7, с. 10]: «…есть книги, которые содержат самый достоверный лермонтовский портрет, самую глубокую и самую верную лермонтовскую характеристику. Это – его сочинения, в которых он отразился весь, каким был в действительности …».
             Прочитав немалую часть сочинений Лермонтова, могу подтвердить слова Андроникова.
             Поэтому для исследования порока я в основном использую произведения Лермонтова, дополняя сведения из них биографическими документами.
             Важно понять, почему Лермонтов был таким заносчивым и даже злым.
             Детство Лермонтова было драматичным, если не трагичным  [10]. Мама умерла, когда ему было три года. Бабушка очень любила своего внука, но терпеть не могла его отца. На этой почве происходили семейные распри, которые обострились со смертью матери. Отец должен был отказаться от сына, чтобы сохранить ему наследство.  Лермонтов писал с горечью и мукой:
               
                Ужасная судьба отца и сына…
                Жить розно и в разлуке умереть.
               
             Мне неизвестны подробности ссор в семье Лермонтовых. Но на основе скупых сведений о нелюбви бабушки к отцу предполагаю, что любовь бабушки к внуку не  была любовью в человеческом смысле этого слова.
             Любовь человеческая, настоящая, по-моему,  характеризуется такими качествами, как независимость от каких-либо обстоятельств, терпимость, смирение, понимание ближнего, самокритичность,  умение прощать, отсутствие презрения и претензий.  Эти качества,  как графитовая кладка  в атомном реакторе,  не дают опасно взорваться чувству или,  как парашют, не дают чувствам разбиться насмерть о землю.
              Если же у любви остается одно чувство, она превращается в антипод человеческой любви – любовь чувственную, которая условна: красивая – люблю, постарела  – разлюбил; появились деньги – «залюбила»,  уволили с работы – разлюбила …
            Любовь чувственная  эгоистична. «Плоды» чувственной любви: зависть, ревность, гордыня, высокомерие и т.п.
            Если и была любовь у Лермонтова, то она была чувственной.
            Любовь бабушки была также чувственной, патологически эгоистичной. От ее  «любви» к внуку отдает чем-то шизофреническим – никто не может любить ее внука, только она одна. И отец в данном случае ей соперник. Поэтому она фактически отлучила мальчика от отца. Не потому ли у Лермонтова не было стихов, посвященных бабушке?
            Что осталось у Лермонтова от «любви» бабушки? Да, ничего:
            
                В себя ли заглянешь? – там прошлого нет и следа:
                И радость, и муки, и все там ничтожно…

            В итоге, отсутствовала любовь родителей, что, как правило, делает человека злобным, не любящим ни людей, ни жизнь, желающим, но не умеющим любить.
В прощальном письме Печорину Вера («ГЕРОЙ НАШЕГО ВРЕМЕНИ») так объясняет свою любовь к нему [8, с. 575]: «никто не умеет так постоянно хотеть быть любимым».
                Действительно, это подтверждается чрезвычайно печальным стихотворением  «ВЫХОЖУ ОДИН Я НА ДОРОГУ…» [5]:
                В небесах торжественно и чудно!
                Спит земля в сиянье голубом…
                Что же мне так больно и так трудно?
                Жду ль чего? Жалею ли о чем?

                Уж не жду от жизни ничего я,
                И не жаль мне прошлого ничуть;
                Я ищу свободы и покоя!
                Я б хотел забыться и заснуть!

                Но не тем холодным сном могилы…
                Я б желал навеки так заснуть,
                Чтоб в груди дремали жизни силы,
                Чтоб, дыша, вздымалась тихо грудь;
               
                Чтоб всю ночь, весь день, мой слух лелея,
                Про любовь мне сладкий голос пел,
                Надо мной чтоб, вечно зеленея,
                Темный дуб склонялся и шумел.
               
              Да, да, да!… Лермонтов очень хотел быть любимым и любить.
              Однако, если человек чего-то очень сильно хочет, но не может осуществить желаемое, не понимает, почему он не достигает того, чего хочет, он кончает жизнь самоубийством или становится злобным человеком, который совершает поступки, усиливающие как раз нелюбовь к нему.
              Предполагаю, что сам Лермонтов  самокритично сознавал свои пороки.
              Почему я так считаю? Я обратил внимание на такой сюжетный прием, выбранный Лермонтовым в «ГЕРОЕ НАШЕГО ВРЕМЕНИ». Сначала он, как автор, пишет о Печорине. Печорин умирает. Сохраняется журнал Печорина. И дальнейшее изложение романа ведется, как пересказ журнала. Это дает возможность Лермонтову решить одновременно две задачи. Первая: изобразить тип человека своего поколения, вторая: писать как бы о себе, поскольку жанр журнала (дневника)  предполагает действующему лицу говорить «я». Таким образом, Лермонтов избежал автобиографичности и сохранил тип героя. И когда я читаю журнал  Печорина в том месте, где он пишет о своих пороках, то на самом деле мне кажется, что это Лермонтов пишет о себе. С глубоким вниманием и с каким-то неимоверным состраданием к гениальному писателю (я чувствую душевную боль Печорина… я вижу слёзы Мери … мне самому хочется плакать)  я переписываю признание Печорина (то бишь Лермонтова), очень похожую на исповедь [8, с. 542 - 543]:
              «Да, такова моя участь с самого детства! Все читали на моем лице признаки дурных свойств, которых не было; но их предполагали и они родились…  Я был скромен – меня обвиняли в лукавстве; я стал скрытен. Я глубоко чувствовал добро и зло; никто меня не ласкал, все оскорбляли: я стал злопамятен; я был угрюм, - другие дети веселы и болтливы; я чувствовал себя выше их, - меня ставили ниже. Я сделался завистлив. Я был готов любить весь мир, - меня никто не понял: и я выучился ненавидеть…Я говорил правду – мне не верили: я начал обманывать…И  тогда в груди моей родилось отчаяние – не то отчаяние, которое лечат дулом пистолета, но холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой. Я сделался нравственным калекой…»
              Какое точное и исчерпывающее описание источника   порока! 
              Этим описанием я и воспользуюсь, решая задачу о лечении порока.
              Из объяснения источника порока,  описанным Лермонтовым, следует, что человек не рождается злым, а делают его таковым обстоятельства. А это значит, что формирование характера можно «повернуть вспять» – сделать его добрым, умеющим любить и быть любимым.
              К сожалению, назвав источник зла в человеке,  Лермонтов не ставил задачу его обновления. В этом я вижу ограниченность творчества писателя.
              Я считаю, что, если не  знаешь, как справиться с пороком, то лучше о нем не говорить.  Давным-давно у какого-то психолога я прочитал, что порок,  как гвоздь – чем больше по нему бьешь, тем он глубже заходит. Так например,  нравственная поэма (жанр назван самим Лермонтовым – В. И.) «САШКА», ограниченная лишь изображением развратной жизни отца и сына, превращается в эротические картинки. Или же, когда  я читаю «КАВКАЗСКИЙ ПЛЕННИК», «КОРСАР», «ДВА БРАТА», «БОЯРИН ОРША» и др. [6], воспевающие вольность и храбрость, то без решения проблемы порока, эти произведения ассоциируются у меня с простейшим сюжетом блатных песен уголовного мира – необузданная импульсивная страсть, слепая и глухая ревность, жестокая месть.
              Я давно понял, что одним из главных средств устранения собственного порока является дневник. Дневник имеет не только личностное, но и социальное значение. В этом отношении с удовлетворением могу констатировать свою солидарность с Лермонтовым, который так пишет о значении дневника («ГЕРОЙ НАШЕГО ВРЕМЕНИ» [8, с. 498]: «Перечитывая  эти записки (имеется в виду журнал Печорина – В.И.), я убедился в искренности того, кто так беспощадно выставлял наружу собственные слабости и пороки. История души человеческой, хотя бы самой мелкой души, едва ли не любопытнее и не полезнее истории целого народа…»
              Я увидел много сходства в характеристиках Лермонтова, данных его современниками, непосредственно знавших его, и Печорина, описанных самим Лермонтовым. Это еще больше подкрепляет  мое мнение  о том, что о Лермонтове, как о человеке, можно судить, как по его произведениям, так и по мнению современников о нем.
              Тогда я продолжу использовать метод аналогии.
              Лермонтов писал о Печорине: «что задумает, подавай; видно в детстве был маменькой избалован»
              И Лермонтова баловали в детстве, особенно - бабушка.
              Рисуя портрет Печорина, Лермонтов выделяет его глаза и дает свой комментарий:«…они (глаза Печорина – В.И.) не смеялись, когда он смеялся… Это признак или злого нрава, или глубокой постоянной грусти…».
              Если бы человечество задумало создать прибор, измеряющий степень презрения, то  ничего не получилось бы – любой прибор зашкаливало бы   от неописуемой мощи   Лермонтовского презрения. Лермонтов отказался стрелять в Мартынова, высокомерно воскликнув: «Стану я стрелять в такого дурака» [1, с. 40]
              «Улыбка презрения, как пишет князь Н. Голицын в воспоминаниях о похоронах Лермонтова, сохранилась на губах поэта и после смерти» [1, с. 41].
               Как у Печорина, так и у Лермонтова не было цели в жизни. Перед дуэлью в два часа ночи Печорин (а я имею в виду и Лермонтова) записал в журнале [8, с. 564 - 565]: «Что ж? умереть так умереть! потеря  для мира небольшая; да и мне самому порядочно скучно… Пробегаю в памяти все мое прошедшее и спрашиваю себя невольно: зачем я жил?  для  какой цели я родился?.. А, верно, она существовала, и, верно, было мне назначение высокое, потому что я чувствую в душе моей силы необъятные…Но я не угадал этого назначения, я увлекся приманками страстей пустых и неблагодарных…Моя любовь никому не принесла  счастья, потому что я ничем не жертвовал для тех, кого любил; я любил для себя, для собственного удовольствия…И, может быть, я завтра умру!.. и не останется на земле ни одного существа, которое бы поняло меня совершенно… После этого стоит ли труда жить?»
               Об отсутствии цели в жизни Лермонтов писал неоднократно в стихотворениях: «Н. Ф. И…ВОЙ»,  «1831-го ИЮНЯ 11 ДНЯ», «ПРЕЛЕСТНИЦЕ» [7] и др.               
               Сходство характера Лермонтова еще с одним героем его произведений, Арбениным,  я отмечаю в драме  «МАСКАРАД» [8].
               Арбенин, по-моему,  - «апофеоз»  ненависти.   Арбенин, я бы сказал, самый рабский раб чувства [8, с. 175]:
               
                Все ясно ревности – а доказательств нет!
                Боюсь ошибки – а терпеть нет силы…         

              В этом месте для себя я открыл уникальное качества ревности – отсутствие воли искать причину. Поэтому, вероятно, очень трудно избавиться от этого порока. Значит, для исправления своего порока нужна воля, большая работа над собой. Нужна также помощь со стороны близких (родных, друзей, знакомых), а также со стороны психотерапевта. Но никакую психологическую помощь со стороны своего окружения Лермонтов не получал.
   Я также наблюдаю сладострастное и часто отвратительное суждение Лермонтова о женщинах («САШКА» [6]):
               
                И мудрено ль? Четырнадцати лет
                Я сам страдал от каждой женской рожи
                И простодушно уверял весь свет,
                Что друг на дружку все они похожи.               
               
                Волнующихся персей нежный цвет
                И алых уст горячее дыханье
                Во мне рождали чудные  желанья;
                Я трепетал, когда моя рука
                Атласных плеч касалася слегка,
                Но лишь в мечтах я видел без покрова
                Всё, что для вас конечно уж не ново…
               
            Я не заметил, чтобы у Лермонтова была не трагическая, не драматическая, а светлая, взаимная   любовь с женщиной. Он, кажется, не интересовался духовным миром женщины.
            И только в одном месте я увидел у Лермонтова величие Женщины – Женщина  благородна и отзывчива на  искреннее чувство любви   («ДЕМОН», [6]):
      
            - Женщина может преобразовать злой дух в добрый               
               
                И Демон видел…На мгновенье
                Неизъяснимое волненье               
                В себе почувствовал он вдруг.
                Немой души его пустыню
                Наполнил благодатный звук –
                И вновь постигнул он святыню
                Любви, добра и красоты!..
         
             - Женщина может понять искреннюю, настоящую любовь:
               
                Он так смотрел! Он так манил!
                Он, мнилось, так несчастлив был!

           В последнем отрывке местоимение «Он» (Демон) выделено самим Лермонтовым.   
          Душа Тамары терзалась – с одной стороны, после гибели жениха она приняла монашеский сан и дала обет безбрачия, с другой стороны:
               
                Святым захочет ли молиться -
                А сердце молится ему.. (выделено Лермонтовым).
            
           Демон торжествует:
               
                Я тот, которому внимала
                Ты в полуночной тишине…
            
           Демон прозревает :
               
                Любить он может - может –
                И в самом деле любит он!
            
           И далее восхищенно:
               
                О! как приметно, что он любит!

            Демон уверяет Тамару, чтобы она не боялась любить его в аду, так как на земле:
                …нет ни истинного счастья,
                Ни долговечной красоты;
                Где преступленья лишь да казни,
                Где страсти мелкой только жить,
                Где не умеют без боязни
                Ни ненавидеть, ни любить.
               
              Однако херувим воспрепятствовал сближению Тамары и Демона. Тогда вновь «закипела» дьявольщина :
               
                И – мщенье, ненависть и злоба
                Взыграли демонской душой.
                …………………………………
                Красавице погибнуть надо,
                Ее не пощадит он вновь,
                Погибнет – прежняя любовь
                Не будет для нее оградой!..
   
               После этого, на мой взгляд, Лермонтов делает ошибку:
               
                Но впрочем, он перемениться
                Не мог бы: это был лишь сон…,               

убеждая нас, что в жизни порок неисправим.
               Вот тут я не соглашусь с поэтом. Демон, встретив препятствие, сразу сдался.    А ему надо было быть настойчивым – не обращая внимания на никакие препятствия,  сохранить волю к любви.               
               Мне представляется поступок  херувима  фарисейским – если дьявол, так полюбить его нельзя.  Тамара была гораздо мудрее – она понимала искренность настоящей, человеческой любви, даже у Демона!
               И художник М. А. Врубель в картине «ДЕМОН (сидящий)» выразил не Зло, а глубочайшую Тоску из-за отвергнутой любви. Меня это очень потрясло! Ведь меня же учили, что Демон (Дьявол) носитель злого духа. На самом деле истинная любовь доступна всем! Только надо учиться любить.
               «ДЕМОН» - исключительно важное произведение с точки зрения диалектики Добра и Зла, Порока и Добродетели. Демон по Лермонтову не родился таковым. В разных редакциях «ДЕМОНа» Лермонтов так повествует об этом:
               
                Печальный Демон, дух изгнания,
                Летал над грешною землей,
                И лучших дней воспоминанья
                Пред ним теснилися толпой;
                Тех дней, когда в жилище света
                Блистал он, чистый херувим…
                ………………………………………
                Когда он верил и любил,
                Счастливый первенец творенья!
                Не знал ни злобы, ни сомненья …   

                или

                Печальный Демон, дух изгнанья,
                Блуждал под сводом голубым,
                И лучших дней воспоминанья
                Чредой теснились перед ним;
                Тех дней, когда он не был злым,
                Когда глядел на славу бога,
                Не отвращаясь от него ….

              К сожалению,  сам Лермонтов не был уверен в этом, в частности, и в пользе своего произведения, в целом. В одном из вариантов «ДЕМОНа» он заключает [6, с.518]:
               
                Я кончил – и в груди невольное сомненье!
                …………………………………………….
                И не узнаешь здесь  простого выраженья
                Тоски, мой бедный ум томившей столько лет;
                И примешь за игру воображенья
                Больной души тяжелый бред.
               
               Я же не считаю данную поэму бредом. «ДЕМОН» - профессиональный  с точки зрения психотерапевта анализ души человека.      
               Теперь я знаю, как бы я помог Лермонтову любить и быть любимым.
Подсказки в решении данной задачи буду «подсматривать», прежде всего,  у  самого Лермонтова.  Кстати,  его подсказки по излечению порока в целом совпадают  с рекомендациями современных  ученых, занимающихся проблемами общения между людьми.
Лермонтов предупреждал о том, что  трудно бороться с пороком («САШКА», [6]):
               
                …………………………………Воевать
                С людскими предрассудками труднее,
                Чем тигров и медведей поражать.
                Иль со штыком на вражьей батарее
                За белый крестик жизнью рисковать.

                Лермонтов понимал, что  надо сделать, чтобы вылечить свои пороки.         
                Прежде всего, это - опора на любовь  («ДЕМОН», ПОСВЯЩЕНИЕ,  [6]):
               
                Прими мой дар, моя мадонна!
                С тех пор как мне явилась ты,
                Моя любовь мне оборона
                От порицаний клеветы.

               Лермонтов понимал, что такое счастье и как быть счастливым («САШКА» [6]):
               
                Блажен, кто верит счастью и любви,
                Блажен, кто верит небу и пророкам, -
                Он долголетен будет на земли,
                И для сынов останется уроком.
                Блажен, кто думы гордые свои
                Умел смирить пред гордою толпою,
                И кто грехов тяжелую ценою
                Не покупал пурпурных уст и глаз,
                Живых, как жизнь, и светлых, как алмаз!
                Блажен, кто не склонял чела младого,
                Как бедный раб, пред идолом другого!

               Какой   прекрасный совет, как любить, как жить! Но, увы! Не последовал поэт своему же доброму совету. Почему? И снова мне приходится повторить, что не хватило у него воли и ему никто не помог исполнить данный завет. Не мог не знать Лермонтов совета  Пушкина о смирении, терпимости и снятии гордыни («ПАМЯТНИК» [11]):
               
                Веленью божию, о Муза, будь послушна,
                Обиды не страшась, не требуя венца,
                Хвалу и клевету приемли  равнодушно
                И не оспоривай глупца.

                Какое емкое, всеобъемлющее правило смиренного и терпеливого поведения!
                Но почему же Пушкин обращается с таким мудрым советом к Музе, а не к себе? Ведь Муза – абстрактное понятие. Она не вступает ни в какие контакты с человеком. А Пушкин – конкретный человек, поведение которого во многом зависит от условностей общества.
                Ответ на поставленный вопрос я нашел в книге «ПОСЛЕДНИЙ ГОД ЖИЗНИ ПУШКИНА». Например, граф В.А. Соллогуб, товарищ Пушкина по литературному творчеству, отметил [13, С. 139]: «…странную сторону его (Пушкина – В.И.) характера, а именно его пристрастие к светской молве, к светским отличиям, толкам и условиям». Это наблюдение Соллогуба так и подталкивает меня предположить: а не подсказывала ли интуиция Пушкину, что он не имеет воли следовать своему совету. Не поэтому ли он обращался не к себе, а к Музе? Не поэтому ли в литературе Пушкин был гений, а в жизни – далеко не образцовым.
                Итак, ни Лермонтов, ни Пушкин не имели воли исправить свой порок.
Это еще раз доказывает, как сложно избавиться от порока! Даже если ясно осознаешь его в себе.
                Я хочу оправдать их. Во времена Пушкина и Лермонтова дуэль считалась «действенным и благородным средством удовлетворения оскорбленной   чести» [1, с. 38]. Это были своего рода «нравственные вериги», сковывающие их волю к терпимости, к бесконфликтному поведению.
                В настоящее время все чаще и чаще говорится о терпимости в отношениях  между людьми. Достаточно напомнить Преамбулу к Уставу ООН:
«Мы, народы объединенных наций, преисполненные решимости избавить грядущие поколения от бедствий войны…, утвердить веру в основные права человека, в достоинство и ценность человеческой личности…  и в этих целях проявлять терпимость (выделено мною – В. И.) и жить вместе, в мире друг с другом, как добрые соседи…» [12].
               Один из важнейших шагов к исправлению порока -  любовь к себе и к другим, а не так, как у Печорина: «Я иногда себя презираю…не оттого ли я презираю других».
               Я бы сказал Лермонтову, что целью жизни является развитие человеческой любви. Остальные целевые установки – лишь средства достижения этой цели.
               Особо тонкая работа должна быть проделана в конфликтной ситуации.
               Возьму в качестве примера преддуэльную  стычку  Лермонтова с Мартыновым (из воспоминаний  князя А.И. Васильчикова, секунданта Лермонтова [5, с. 15]): «Однажды на вечере у генеральши Верзилиной Лермонтов в присутствии дам отпустил какую-то новую шутку, более или менее острую, над Мартыновым. Что он сказал, мы не расслышали; знаю только, что, выходя из дома на улицу, Мартынов подошел к Лермонтову и сказал ему очень тихим и ровным голосом по-французски: «Вы знаете, Лермонтов, что я очень  часто терпел ваши шутки, но не люблю, чтобы их повторяли при дамах», - на что Лермонтов таким же спокойным тоном отвечал: «А если не любите, то потребуйте у меня удовлетворения».
               Этот диалог я бы прокомментировал так: «петушки хорохорятся».
               В данной ситуации на месте Мартынова я поступил бы следующим образом. Зная бретёрский характер Лермонтова, я как бы невзначай, делая вид, что Лермонтов меня не слышит, сказал бы: «Как же может Миша любить! Послушайте, как он пишет о Москве в поэме «САШКА» [6]:
               
                Москва! Москва!.. люблю тебя, как сын,
                Как русский, - сильно, пламенно и нежно!
    
               Это - любовь к Москве. А как лучезарно  выражена любовь к  природе и родине в стихотворении «КОГДА ВОЛНУЕТСЯ ЖЕЛТЕЮЩАЯ НИВА» [7]:
               
                Когда волнуется желтеющая нива
                И свежий лес шумит при звуке ветерка,
                И прячется в саду малиновая слива
                Под тенью сладостной зеленого листка;
               
                Когда росой обрызганный душистой,
                Румяным вечером иль в утра час златой
                Из-под куста мне ландыш серебристый
                Приветливо кивает головой;

                Когда студеный ключ играет по оврагу
                И, погружая мысль в какой-то смутный сон,
                Лепечет мне таинственную сагу
                Про мирный край, откуда мчится он, -
               
                Тогда смиряется души моей тревога,
                Тогда расходятся морщины на челе, -
                И счастье я могу постигнуть на земле,
                И в небесах я вижу бога…
          
               Предполагаю, что «Миша» сначала удивится – он оскорбляет, а о нем говорят хорошо. Он ненавидит, а о нем говорят, что он любит.  Не замечают его сардонический стиль отношения с людьми. А потом …
               А потом пусть читатель сам скажет, что происходит с человеком, когда говорят с искренней верой о нем, что он может любить и, следовательно, быть любимым и счастливым, любящим и дорожащим жизнью.

                ВЫВОДЫ.

1. Неуправляемое чувство погубило Лермонтова.
2. Порок зарождается при потере  любви  (человеческой, а не чувственной), и наоборот, излечивается  такой любовью.
3. Недостаточно знать, что любовью излечивается порок. Необходимо иметь волю развивать любовь к себе и к людям.

                ПОСЛЕСЛОВИЕ.

                Да, Лермонтов злой человек. Он без всяких обиняков сравнивает себя с Демоном («ДЕМОН», ПОСВЯЩЕНИЕ):

                Как демон, хладный и суровый,
                Я в мире веселился злом,
                Обманы были мне не новы,
                И яд был на сердце моем.         

                Но Лермонтов был чрезвычайно смелым и чистым, как кристалл,  в своей искренности, откровенности, честности. И этим он и  его произведения намного ценнее фарисейских нравоучений. Я сочувствую Лермонтову, я сострадаю с ним. Я учусь у него!

                ИСПОЛЬЗОВАННЫЕ ИСТОЧНИКИ

1. Алексеев Д. А., Пискарев Б. А. Тайны гибели Пушкина и Лермонтова.  – М.: РУССЛИТ, 1991. – 64 с.
2. Андроников И.  Лермонтов. Исследования и находки. –М.: Издательство «Художественная литература, 1967. – 651 с.
3. Герштейн Э. Г. Судьба Лермонтова. –М.: Худож. Лит., 1986. – 351 с.
4. Гулия Г. Жизнь и смерть Михаила Лермонтова/Книга-роман. – М.:  «Художественная литература», 1980. – 225 с.
5. Лермонтов М. Ю. Избранное в 2-х  томах. Том 1. Стихотворения. Поэмы. – М.: Издательский дом «Прибой», 1966. – 448 с.
6. Лермонтов М. Ю. Собрание сочинений в четырех томах. Том 2. Поэмы и повести в стихах. – М.: Издательство «Правда», 1969. – 531 с.
7. Лермонтов М.Ю. Сочинения  в двух томах. Том первый/Сост. и комм. И.С. Чистовой; Вступ. Ст. И. Л. Андроникова. – М.: Правда, 1988. – 720 с.
8. Лермонтов М. Ю. Сочинения в двух томах. Том второй/Сост. и комм. И. С. Чистовой. – М.: Правда, 1990. – 704 с.
9. www.lermontov.info
10. www.lermontov.sch.1262.ru
11. Пушкин А. С. Избранные сочинения/Отпечатано с матриц Военным издательством Министерства Вооруженных Сил Союза ССР под наблюдением майора Куценкова В.И.  – Государственное издательство художественной литературы, 1946. – 253 с.
12. www.un.org/ru/charter/preamble.shtm
13. Последний год жизни Пушкина/ Сост. В.В.Кунин. – М.: Правда, 1990. – 704 с.