Есть резон рассказать мне о...

                …Есть резон рассказать мне о близких,
                Коих мне выбирать не пришлось.
                Мне остался о них  – в душе (вечный!) оттиск
                И быльём всё травой не срослось…

Мой отец  родом из-под  Свердловска:
Из селенья с названием Арти.
В глухомани мордовской сказки
Село Брёховых память хранит.

В полста  первом, в далёком детстве,
Привозил отец меня в отчий свой дом.
Земляника казалась с кулак мне,
А  Арти – вкруг обтянуто было плетнём.

Оказавшись в гостях случайно:
(Спутал  нору и  дедушкин дом!?),
Помню, щёлкал зубами «серый»,
За  огромным кованым сундуком.

Всё село: кто – с колом, кто – с лопатой,
Как  пчелиный рассерженный улей,
Караулили гостя у  хаты –
В лес умчался «серый» пулей.

Золотые поля ржи, пшеницы,
Фёдор дед, бабушка Анастасия, и  шумный «выводок» детей,
Автопоилки для коров, навес для корма  птицы –
Полвека в памяти моей.

Серебро звёзд погон отцовских
В  дымке розовой детство хранит.
Из  зелёнки узор кабинета
До  сих  пор  пред глазами стоит.

Вкус пельменей наших – домашних,
Партбилет, мать, семью и детей –
Разменял мой отец в одночасье
На любовь к  рыжей Катьке  своей.

«Верь, сын, партии, верь, сын, народу»,-
Говорил мне отец,  уходя.
И любовь к материнскому дому
Я   несу, чрез  года, сохраняя.

Что сказал  бы отец мне сегодня:
По прошествии стольких  лет?
Я боюсь, никогда не ответит
Самый  умный и смелый поэт.

Мать отца называла «зайкой»
Он её в ответ – «лисой».
Мой  характер остался «папочкин»,
А у брата – уж точно не мой.

«Зайку» мать очень сильно любила,
Предложения не  раз отвергая.
Ради нас свою жизнь положила
На  Алтарь и  Весы, нас спасая.

Мать – красавица, статью вся в бабку
Евдокию и  Яшку – отца.
Нас двоих – меня и Сашку,
Как могла, вела до конца.

И сейчас, когда я её старше, вижу я сквозь десятки лет:
Ночь, фонарь, сто семнадцать ступеней –
Финский нож – лишь в одно мгновенье –
Мать мою искромсал, как  хлеб.

Тринадцать раз «игрок»  себя «на кон» в игре поставил.
И, проиграв  тринадцать раз, себе он шансов не оставил.
Долг карточный суров: тебя иль ты, и,  взявши нож, «игрок»
В ночи пустился «отрабатывать» свой «тяжкий долг».

А меня (в тот момент)  спасли братья?,
На дежурство в два ночи спешили они.
Мать сама добралась до «санчасти» –
«Товарняк  по зелёной» в Облучье помчался в ночи.

Тем, двенадцати, всё-таки было иначе:
И сказать можно так: «Лишь испуг был причиной для них».
Больше месяца мать находилась на грани –
Хирург  Трондин поставил последний штрих.

А потом, были долгие годы больниц «перебежкой».
(Да и мы с братом ей не давали «скучать».)
Восемь лет были нам основной передышкой –
Известковский погост всё же матери нашей пришлось «обновлять».

Александр Коляда – наш «герой» тех  печальных  событий
Сам себе вынес  Свой приговор:
Гроб с гвоздями на  дне  в той, последней, дороге,
Мать за гробом (одна!?!)  да крутой косогор.

Сашка – брат – в  вечном поиске  Славы и Денег
В ДМП е  отходил на судах  полный  список  заморских морей.
Но  в конечном итоге – остался на  жизненной мели,
Растеряв всё: и дочь, и жену, и врагов, и друзей

Прошли  года, но помню  я деревню,
Тот  дом бревенчатый в два этажа.
Соседок – Валю с Ниной (и не только!) – помню,
Но  гложет душу, гложет душу ржа.

Воспоминания уносят нас назад,
Где всё прекрасно, хоть и  бедно:
Родители, учителя, друзья и ты сам млад
И жизнь – ключом и будущее ждём  усердно.

За годы жизни, что в посёлке Известковый,
Пять раз жилище мы  меняли.
Из  дома в дом переходя, и  каждый раз,
Друзей в  то время, (сколько раз!?), мы обретали.

Когда ушёл отец, (вначале)
Мы этого никак не ожидали.
Но вот, что интересно, доложу друзья,
Переходя ступени трудностей, на жизнь не обозлился я.

24.08.1953—19.03.1968 г. пгт. Известковый. Е А О. Облученский район. «Моим близ-ким и родным. Роль самого близкого человека в судьбе каждого из нас велика. Ведь близкий человек окажет помощь, поддержит в трудное время и разделит радость с тобой. © Copyright: Анатолий Брехов, 2014. Свидетельство о публикации №114113007991