Подражание Пушкину

                27.05.2005
 
Терпеть я не могу грозу ни в мае,
Ни в месяце каком другом.
Трясусь от страха, замираю,
Когда грохочет все кругом.
И я готова под кроватью
Всю ночь, как мышка, просидеть.
Дружище Пушкин, я не знаю,
Как можно все это терпеть.
Возможно, ты лишь прикололся,
И написал о том, что шло,
А, в самом деле, так же трясся,
Не знаю где, Творец мне шепчет: «Под столом».
Теперь я знаю, все поэты
Находятся в потоке слов,
Записывают их, не глядя,
И удивляются потом:
«Как я талантлив! Как я ловко
Все описал, не зная сам,
Что выйдет. Думал, что половка,
А тут шедевр. Своим глазам
Не верю я и поражаюсь,
Каких достиг я вдруг высот».
И только я не удивляюсь,
Качаю строчки все из сот,
Что мне Творец любезно носит,
Не знаю, правда, почему.
Он говорит, что любит. Косит
Под Казанову, но ему,
Я думаю, потребно что – то,
А что, еще не поняла.
Как разберусь, за ту работу,
Что сделала, я уж сполна
С Творца потребую, … не знаю,
Еще я не решила, что.
Но то, что сдерну, обещаю.
И думаю, он сразу то
Мне предоставит, не торгуясь.
И погудим же мы, друзья!
Ведь где б нашел бы он такую,
Старательную, ловкую, как я?
О чем там стих – то я писала?
Мой меркантильный интерес
Увел от Пушкина, я каюсь,
Вернусь к грозе, иначе вес
Стихотворенья полегчает, читатели начнут вопить:
«Где ж Пушкин?». Значит, возвращаюсь
Я к лирике, начну дружить
С природой грозной, что настигнет
Нас в час ночной, как страшный рок,
И гром небесный нам напомнит,
Что мы лишь мошки, а всесильный Бог
Имеет власть над всей стихией
И может все снести с Земли,
И ураган, его мессия,
Закрутит в вихре. Знать, сильны
Потоки воздуха, давленье
Его невидимых оков.
Они способны за мгновенье
Сдавить в лепешку, в пыль стереть
Какая сила! Мощь какая!
О, Боже, дай не умереть!
Но небо глухо, Бог не слышит.
Он увлечен своей игрой.
И гром гремит, и воздух дышит
Грозой, которая порой
То стихнет, то опять разломит
Напополам небесный свод.
Под колесницей воздух стонет,
Не выдержит. Потоки вод
Вдруг хлынут сверху, все сметая,
И электричества разряд
Осветит Землю. Лучше в мае
Сидеть нам дома. Говорят,
Что на квартирные розетки,
Чтоб молния не влезла в дом,
Повесить надо … не салфетки,
Калоши из резины. В том
Есть здравый смысл. И я, наверно,
Сгоняю завтра в магазин,
Куплю калоши. Очень скверно,
Что забыли мы столь пользительный предмет.
Мы кривим губы и манерно
Мы тянем: «Что? Калоши? Полный бред!».
Друзья, простите, но практична
Я аж до кончиков ногтей.
Природа очень симпатична,
Но я люблю комфорт сильней.
Люблю, чтоб сверху не стучало,
Не грюкало и не текло.
Мне так от жизни надо мало!
Чтобы не дуло, не пекло.
Поэтому я наслаждаюсь
Природой, лежа на боку,
Смотрю в окно и восхищаюсь.
И, ну никак я не могу
Понять ни Пушкина, ни Фета.
Простите, милые друзья,
Меня за практицизм. К другим поэтам
Вы можете уйти, забыть меня.
Я – классный мастер по обломам,
И запросто могу съязвить.
Что делать, родилась такою,
Такой и буду дальше жить.