Ковчег

     В кухне опыт незатейлив и готовить не люблю, что умею я руками - выбить с рыбы чешую. Брат с тюрьмы освободился, не даёт покоя мне, мозг в крутую заварился учит жить, а сам на дне.  Уже лучше мне не будет, доведёт лишь до сумы, подыщу себе работу, станет легче впереди. В интернете объявленья и вакансии везде, возрастная группа строго - 25, как раз по мне. Ничего я не умею и слоняюсь день за днём, врос в долги уже прилично, минимум к нулю сведён. Вот как здорово узбекам!, где живут, там же и жрут, у дороги их местечко, днём и ночью бойко тут. Кухня острая, напитки, поздно ночью - контрафакт, продаётся всё и льётся, как дешёвый суррогат. Ситуация на грани, попрошу у них приют, подкреплюсь у них я знаний, в миг с руками оторвут. Может, стану кулинаром?, или поваром потом?, руки вроде не кривые и в плеяде с мозжечком.  Я иду походкой бодрой, паспорт вложен мой в штаны, а в другом кармане дыры, да носки почти видны.  Это вовсе не помеха, будут деньги - будет стиль, тут живу, а не приехал, есть и кличка мне - Фитиль. Только ростом невысокий и совсем не худощав, ну а так зовут ребята за мой длинный, тонкий "нрав". Было дело, прошлым летом, брали на ночь плечевых, пили долго, все устали, я их жалил за троих! У меня к девчонкам тяга и могу их удивить и как надо распетрушить и до гланд распотрошить. После первого свиданья их стараюсь разыскать, секс для них похуже пытки,тяжелее чем рожать! Я и сам всё понимаю, мой фитиль мешает мне, надо думать о работе, привязав его к ноге. А с деньгами будет проще и по-жизни хорошо, кошелёк тогда потолще, когда рядом всё твоё. Подхожу к кафе с Пехорки, ярко светятся огни, музыка слышна' чужая, в окнах пляшут ишаки. Официантки азиатки, бармен с именем Султан, главный здесь Курбан Курбанов, золотых зубов оскал. Опыт тут не пригодится, только принеси - подай, да и то, в сырой подсобке (ешь, готовь и отдыхай). Мой ночлег уже готовят, простынь серая, матрас, его мяли и пинали, моя очередь сейчас.  На полставки я как сторож, далеко не отойти, мусор вынести, убраться, не слоняться без нужды.  Можно есть то, что осталось, не доели гости днём, иногда разогревают и приносят вечером, в тот же зал гостям в заказе, лишь украсив свечечкой.  Без отходов, всё при деле!, варят даже кожуру, тщательно перетирают - вот подливка к их азу. Отработав 2 недели начинаю привыкать, так живут они в аулах, мне умом их не понять. Говорят они красиво, только в деле всё не то, врут друг-другу, ругань, драки - их достойное нутро. В ночь приводят проститутку, девка лет 16-ти, все накинутся толпою и дерут без жалости. Бедолаге очень трудно после этого присесть, разворочен зад,  дырища!, страшно даже посмотреть. Платят скупо за утехи, в основном дают еду, алкоголь и шмали горстку, а с собой в пакет стряпню. Я девиц не осуждаю, я и сам как цепной пёс, а родился бы лошадкой, мне давали бы овёс...  Ничего, бывало хуже, жизнь - не поле перейти, может в будущем получше, сможет всё произойти. К ним идёт всемирный праздник, будут по углам молить, но грехи так не замолишь - надо в жизни не грубить, нас считают низшей расой, их не переубедить. Только я считаю лично, что раскрасил Бог не зря: чёрных - их к земле поближе, белых - как руководителя. Упираются и спорят и хотят перевернуть, то что стало аксиомой, в рай тайком хотят шмыгнуть.
     Не один ночую в стойле, есть Ирты' и Самирхан, оба держатся при кухни, я слежу за ними сам. В их обязанности входит незатейливый обряд: мясо выложить, разделать, а затем мариновать. Туши старые свинины, покупают задарма, их с Тамбова возит Ваня - морожняк для бедняка. Долго мясо размокает, тонет в уксусе с лихвой, размешать им так лениво, могут даже и ногой. Ночью видел сам украдкой,  как готовится шашлык: - ССУТ!! !!, в бадьи, тем разжижая, плотность мяса, как балык! Всю мочу сливают за день и в баклашках от воды носят от меня украдкой и бодяжут до зари. Томно пенится в закваске и приправы в ход идут, знают своё дело хаски!, черемшу жуют, плюют. А рецепт придумал Радик, разработал и заквас, в них приправы и отдушки, делал он не в первый раз. Мясо мягкое, без жилок, острый вкус, приправ дурман, а срок годности немалый, (утверждает Самирхан). Принцип - биотуалетный!, изумительный компост!, а в меню - весьма приметный и на первый взгляд, так прост. И уставший дальнобойщик и голодный гастролёр съест 2 порции наглядно и расхвалит тот позор. Чай горячий, крепкий, сладкий, сверху плавает лимон, по цене своей приемлем, жажду утоляет он. Только, есть одна загвоздка - нет у нас воды совсем, в кулерах' её немного и не хватит точно всем. Нам привозят из района, но под вечер самый пик: мыть посуду, остальное, получается впритык. Летом - бочки дождевые, а зимой - пушистый снег, потому обитель эта называется - "Ковчег".