Лицом к лицу

Их разделяли 6-7 метров. Они впились друг в друга, 3-4 секунды растянулись в вечность, ненавидящими взглядами. Фашист вскинул от бедра «шмайссер» наизготовку и судорожно надавил на курок. Автомат почему-то бездействовал, опять указательным пальцем надавил на курок,  пытаясь убить красноармейца. Автомат не строчил… Враг похолодел от ужаса, в самый решительный момент подвело оружие, но продолжал давить на курок механически, как будто совершал последний глоток воздуха перед гибелью… Он давил на курок, будто всей массой тела…
В те же самые мгновения советский солдат синхронно нацелил на немца пистолет и уже раз в двадцатый надавил на спуск – пистолет безмолвствовал. В мозгу пронеслись с ураганной скоростью предсмертные слова: «…ец! Финиш!»
Они оба покрылись испариной, у обоих ладони вспотели, пульс учащённо разрывал стенки аорты. Оба жаждали выстрелов, каждый хотел выпалить первым. Их оружия не стреляли… Тогда они развернулись на 180 градусов и по-заячьи драпанули в разные стороны…
После возвращения из разведки красноармеец продолжал корить себя: «Как я забыл снять пистолет с предохранителя? Большим пальцем раз и вниз, и пуляй 7 выстрелов подряд… Неужели настолько силён  страх… Но и немец тоже ведь не передёрнул затвор… Значит, он тоже меня испугался…» В такие мгновения запоминается даже мелочь…
 Опять прокручивалось в памяти: подползли к окопу врага, рассредоточились, и прыг вниз. Каждый пошёл в заданном направлении. Он быстро перемещался по пустой траншее. И вдруг, как из-под земли, на тебе – фриц… Очень внезапно… Эту рожу с массивной челюстью не забуду до гроба, на левой щеке родинка, над бровью шрам… Надо же: даже в темноте я разглядел его черты лица! Секунд 20 лицом к лицу…  Как же я позорно драпал-то от него…

               Записано со слов фронтовика
                Павла Петровича Иванюкова