Жара, в лесу на ломкой кромке...

 Жара, в лесу на ломкой кромке,
Скалы, палит, и рай негромкий
цикад вверяет жизнь в скалу.
Медузы нынче на плаву.

И черепки босой подошве
оставят след, да разве возле
тебя обвал найдет простор,
свалившись с плеч усталых гор.

Сквозь заросли колючих трав.
На случай стачек и облав,
На право смотришь, крестишь бок,
И чуешь, что в камнях есть Бог.

От солнца прячешься под тем,
кто и зимой не поредел.
Зеленым скрюченным кустом,
по месту стелющим гудрон.

Надень на собственную тень
сквозь ветви выцеженный день.
"Я, кратко намолив беду,
надену бурю и уйду!"

Да без затей, без- лишних- слов,
Язык во рту- считай засов,
Сверяет алфавит с багром,
что держит солнечный наклон.

Что перекрыл поток лучей
полуденных на землю, чей
вихрастый замок стал замком
и мне по-своему знаком.

Спеши вопить о звоне дня!
Язык на камни обраня,
О том как в без конце из дней
цикады лижут груз корней.

О ветви крошиться заря,
по лоскутам, пегой наряд
на почву налепила, и
как будто хвастает: смотри!