Абсурд
Несбыточных фантазий волшебства.
Абсурд... Нет ничего другого,
В душе одна пожухлая листва.
Листва опавшая, ты спрячешься под снегом,
От дерева останется лишь пень,
Ход времени сменится бегом,
А солнечное утро скроет тень.
О страсти, вы глупы, ничтожны,
Безжалостны как вера и любовь,
И как надежда столь же безысходны,
Да, вы уходите, но остается кровь.
Она как спутник тянется за вами
Цепочкой ярких пятен на снегу,
И принимается во все века богами,
Стекая с жертвенников в бурную реку,
В бездонный океан невинных судеб.
Он так велик и спит глубоким сном,
Но солнечный закат его разбудит,
И красным светом вспыхнет небосклон.
Похоже нет здесь ничего святого,
Мечты и планы не способны дать
Нам теплоту несказанного слова,
А их свершенья бесполезно ждать.
Иллюзии, насколько грандиозно
Вы смотритесь на фоне суеты,
Похожи вы на призрачные грезы –
Зарницы, и на шаткие мосты.
Абсурд, ты властвуешь над миром,
Тебе отныне все подчинено,
Проходишь ты танцующим сатиром,
И жизнь пьянишь как терпкое вино.
Ты все сковал, запутал, заморозил,
Ты портишь все, когда так нужно ждать,
Ты ливень скорби над землею пролил,
Ты не даешь, ты лишь способен брать.
Ты забираешь логику и смысл,
Ты отнимаешь все, что нам дано,
В зародыше ты подавляешь мысль,
Уничтожая истины зерно.
И вот уже исчезло вдохновенье,
Душе как прежде не дано летать,
Угасла вера, и царит сомненье –
Сейчас мне трудно это описать.
А над землей бездумно дует ветер,
Туда-сюда гоняя облака,
Сегодня, как всегда, наступит вечер,
И будет вновь о нем писать рука.
О вечере, ведь он вершит былое,
И дню подводит непростой итог,
Ведь только он на мир глаза откроет
И снизит понимания порог.
О нем, ведь только он способен
Дать ощущенье царства темноты,
И осознанье, что рассвет не волен
Абсурда разорвать путы.
Они везде, и не ни утешенья,
Ни проблеска в промозглой пустоте,
Остатки чувств, да лишь слепое рвенье
Ум будоражат, но слова не те...
Слова все чаще не дают покоя,
Мелькая в хаосе возвышенных речей.
Взошла луна над полем после боя,
Кругом клинки поломанных мечей.
Они блестят в холодном желтом свете,
В них отражается и ужас и обман,
В них благородства нам уже не встретить,
На них следы от нанесенных ран.
Они забыли древнее призванье:
Сражаться, чтобы землю защищать,
Бороться с хаосом, чтоб не мешал познанью,
И путь заросший властно расчищать.
Абсурд пришел сюда без приглашенья,
Себе сумел он подчинить всех нас,
И нужно действовать теперь без промедленья,
Его изжить не завтра, а сейчас.
Он слаб, тщедушен перед силой воли,
Пред верой и стремленьем жить,
Но как же избежать той боли,
Которая нам не дает забыть
О всей нелепости рождения и смерти,
Существованья в мире неудач,
А миг расцвета, счастья, уж, поверьте,
Здесь многим бесполезно ждать.
Для многих все ушло в былое,
И впереди погасшая звезда,
И нет забвенья, как и нет покоя, -
Так было раньше, будет и всегда.
А вместе с этим существует небо,
Луна нам дарит свой холодный свет,
Весенним утром расцветает верба.
Зачем все это? Не найду ответ.
Ведь солнце греет, ветер освежает,
А ночь скрывает в радости печаль,
И снег весною неизбежно тает,
Чтобы цвела и зеленела даль,
Чтоб ожил лес, чтоб земли задышали,
Чтобы живое отдалось теплу,
И все цветы чтоб наконец дождались
Свою мохнатую и верную пчелу.
Природа вздрогнув, радостно проснется,
Все заиграет в солнечных лучах,
И снова сердце яростно забьется
И затрепещет как огонь в свечах.
Абсурд исчез? Распался на осколки?
А может утонул в реке?
Нет, он собрался на конце иголки,
Которая у каждого в руке.
Ее бы выбросить, но будешь безоружен,
Чем ты ответишь на укол врага?
Вот этот меч, который всем так нужен,
Необходим нам как быку рога!
Вот этот меч, лежащий под луною,
Поломанный, как тысячи других,
И не подверженный ни холоду, ни зною
На протяженьи всех времен лихих.
Иголка-меч, страшна ты в своем гневе,
Абсурд застыл на тонком острие,
Он спрятался в твоем железном чреве,
И так вершит земное бытие.
Так брось же меч, останови другого,
Не дай абсурду вырваться на свет,
Его и так на свете очень много.
Быть может, это праведный завет.
1992
Свидетельство о публикации №113103005056
