Октябрь в провинции. 10-е, Сказка без середины

"Осенняя волшебница явилась слишком скоро,
Как будто всем действительно нужна.
Больная королева в старой башне под надзором
Печально смотрит в небо из окна.
А вдалеке виднеется громадой белоснежной
В прозрачном одеянии ветров
Ее дворец, где счастье улыбалось безмятежно
И в самый из ненастных вечеров!
Оно любовью нежною расцвечивало годы,
Но горе все сумело очернить.
Дыханье свежей осени – последний дар природы –
Страдание бессильно исцелить.
Давно аллеи пышные затихли сиротливо,
Их листья-слезы лета не вернут,
И ножки в легких туфельках, стуча нетерпеливо,
Навстречу никому не пробегут.
Как грустно! Увядают из фиалок диадемы,
Короны из тюльпанов расплелись.
Лишь в гордом одиночестве сияют хризантемы,
Но и над ними пасмурная высь.
И нет ни объяснения и ни письма подруги,
Ни явного злорадства от неё ж.
Лишь трижды в день закутанные в траурное слуги,
Тупое все: молчанье, взгляды, нож.
Но не впервые мучается глупенькая Ева,
Адаму всепрощение суля.
Навеки заточенная в темнице королева
По тайному приказу короля..."

Вздох:

Не Гриммы и не Андерсен (к последнему чуть ближе),
А может быть, и гриновское есть.
Счет в банке. Одиночество. Каникулы в Париже.
И на мужчин направленная месть.