первый раз

Мне двенадцать. Я читаю Франца Кафку, Мериме
Проспера. Прусь от Пруста. Цитирую "игру
в бисер" Гессе. Но по сути бисер мечу. На нуле
уважение одноклассников. Я всезнайка. Не ругаюсь матом и не курю

Занимаюсь балетом, вокалом, живописью, во дворе
не гуляю. Табу мамы. Отец возит в школы сам лично.
Я вижу мир только из окон - машины и дома, а мне
так хочется его пощупать, потрогать и, да, наконец, ошибиться.

Мне пятнадцать. Я читаю свои тексты в городских СМИ,
меня обсуждает тридцатитысячная аудитория. Эго - в нирване.
Первый же текст сразу на первой полосе. А еще я пишу стихи
Мужчине тридцати семи лет. Который не читал ничего, кроме Корана

и сказок. Я ухожу из дома. Начинаю жить одна.
Зарабатываю репетиторством и мараю в переходах холсты
уродливыми портретами, тамадирую свадьбы, плюс я
становлюсь моделью. Курю капитан Блэк. И уверенно говорю: "до ****ы

Ваше мнение". Одеваюсь в мини. Вожу без прав.
Стреляю из боевого в свободного время. Мужчина
Тридцати семи лет меняет навечно мой нрав-
Я больше не знаю жалости, сомнений, прощенья и сплина.

И вот никуда не спрятаться - мне двадцатый Февраль.
Топчу белые диваны дягилева на последней его пати
в компании Прохорова, друзьям и родным соврав,
что я улетела к бабушке. С собой у меня три платья

и ноут. Живу так недолго. И вскоре беру билет
мне Трахтенберг на дорогу дорОжит первый..
Я лечу не домой. А к мужчине тридцати восьми лет-
так я меняю первый на первый. Да, несмотря на всю суету вокруг, он, мой второй, он - первый

Мы строим планы. У меня уже свой журнал.
Я получаю права, и вожу, как живу - законно.
Играю в театре каком-никаком, заканчиваю журфак,
Работаю и тусуюсь так, что стыдно смотреть на иконы.

И в августе через год комплекс мадам Бовари-
Не то, и так все. И я, психанув, улетаю
в Москву, не сказав ни "прощай", ни "прости"
Тому, кто всей сутью любил а теперь даже не презирает..

И я снова в Москве. Здесь слова не в цене,
денег - минус, статей продавай хоть пачку.
Продаю я моделей. По моде одета. Сыта вполне,
и к тому же на кабельном я веду передачку.

Мне двадцать два. На горе Моисея встречаю рассвет.
Рядом со мной мой муж. Мы расстанемся через неделю,
а любовник мой курит корабль и бамбук в Москве,
и при этом в меня и в нас он напрасно верит

Двадцать четыре. У меня на Тверской кафе,
мой любовник развелся с женой.два года мы вместе.
Наша свадьба тринадцатого в октябре-
так записано в загсе. Но я не стала невестой..

В первый раз узнаю я, что значит смерть.
не метафора, не троюродной тети. ОН умер!!
Начинаю стремительно исчезать и худеть..
Двадцать пять мне. А внутри лишь одно - он умер...

Хмуро! Серость силится серотонином вылиться
на мои загрубевшие раны. Довольно сплина!
Жизнь по наклонной, но вверх на гору катятся блицами..
Черно-белые титры.
FINO