Притча о прокисшем молоке

Так сильно била кровь в виски,
что в раме лопнуло стекло
и разлетелось на куски,
и время на пол потекло.
_______

В пределах собственного дома,
парадоксально, но всегда
есть неизведанная зона,
табу, запретная среда.
Что привело меня сюда?
Не жажда ли во мне вопит?
И требует настырно – пить!
_______

Попытка выйти в райский сад
необратимой может стать.
Поскольку там, где мир на грани,
всегда присутствует охранник.
Вполне возможно, что сейчас
он где-то рядом, среди нас,
с системой знаков и отмашек.
По сути, он как бы из наших.
Но мы предпочитаем с ним
без надобности не общаться,
воображая, будто спим.
Вникаем в мелкие детали
вещей, держа размытым фон;
за ним – Заклязьминские дали,
такие близкие...
_______

       Мой дом!
Всё правильно, он самый!
Из-под фундамента лопух,
залечит мне любые раны,
перевести поможет дух.

Мой дом! Хотя бы здесь, отчасти.
Моё начало. Мой итог.
Что ж ты не прыгаешь от счастья!
Не по годам уже восторг?

Я из него – отсюда родом.
Дом, к сожалению, не раз
был переделан, перепродан,
сменил хозяев после нас...

Но я не чувствую подмены –
притягивают, как магнит
его крыльцо, веранда, стены,
прихожая – уже пьянит!

Ступени, двери нараспашку,
блеск полированных перил.
Я у порога снял фуражку
и с радостью переступил...
_______

Сначала кажется темно.
По коридору слева – кухня,
направо – зеркало-трюмо,
но лучше не смотреть в него,
иначе образ сразу рухнет,
что в принципе не страшно. Но
здесь могут быть противоречья,
влекущие серьезный сбой.
Особенно опасна встреча
наедине с самим собой.
_______

Предметы кухонной возни.
На вид тяжёлый, полный чайник
как по желанию возник.
Потёртой ручки пятигранник.
Чего задумался – возьми!
Или боишься, что охранник…
_______

Да что я здесь – ларец с секретом
забыл или тайник какой
ищу, простукивая сердцем,
не смея ощутить рукой.
_______

Я вещи узнаю не сразу.
Но вижу, что ещё цела
и мною не разбита ваза
из вязниковского стекла –
стоит, наполненная тенью,
разрезанная поперёк
косым лучом. Я на мгновенье
шагнул к окну на солнцепёк.
Жару здесь заменяла жажда –
искала, где бы взять глоток.
_______

Казалось, что такая яркость
мне не позволит рассмотреть
замеченный на небе якорь.
Присматриваюсь – это ястреб!
попавший в солнечную сеть.

Парит охранник горизонта,
крылом перебирая свет.
Но там, где по идее солнце
должно быть в небе – солнца нет.
_______

Часы показывали шесть,
когда произошла заминка.
За стенкой швейная машинка
послышалась – да, так и есть!
Я отступаю, прячусь в тень,
испытываю стыд, неловкость,
я вижу спину, плечи, локоть,
машинки приводной ремень;
вращающаяся деталь,
рычаг, материи полоска
скользит, сползает вниз, и ножка
жмёт на железную педаль.
Затылок, кудри над плечами…
«Ну что, набегался? Пока
иди, возьми в углу, в чулане,
в литровой банке молока!»
Конечно, это голос мамы!
Но я молчу, едва дышу.
«Иди, попей, а я дошью.
Осталось приметать карманы...»

Здесь я оцепенел от мысли,
остерегающей от бед:
«Ведь молоко давно прокисло
за пятьдесят-то с лишним лет!»
«Нет, не прокисло! – тут другая
мысль возразила ей в ответ. –
Ты видишь – мама молодая,
другой, как видишь, мамы нет!»


Рецензии