Папуасская свадьба

Прихожу с работы поздно,
не могу никак уснуть,
Лезет в голову смешная,
увлекательная муть:
Будто я на тарантасе,
погоня;я кочергой,
Пролетаю над Парижем
вместе с бабушкой-Ягой.

Наслаждаясь красотою,
сплю в постели - с кем попало,
Или утром, с перепою,
пью рассол, чтоб полегчало.
Побежда;ю, насажда;ю,
убежда;ю иль кичу;сь,
Девкам мо;зги поласка;ю,
с балери;ною кручусь.

Но сегодня не до шуток,
развлечений и желаний,
Этой ночью, представляешь? –
Я попал на остров дальний!
Ты вника;ешь? К папуасам!
Не зарплату получать –
За Миклу;хой за Макла;ем,
жизнь туземцев изучать.

Я бреду по папуасской
сплошь тропической земле,
То язви;ца, то ехи;дна
лезут по;д ноги ко мне,
А с соседнего бамбука
их пятнистый брат «кус-кус»,
Из большого уваже;нья
мне оставил свой укус.

Королевской райской птички,
упиваясь песнопе;ньем,
Под коко;совою пальмой
одарил глупца проще;ньем.
Перекинувшись речами
с попкой – чёрным какаду;,
Стал внедряться постепенно
в папуа;сскую среду;.

Увлечённо притира;ясь
к местным мифам, к языку,
Превращался в папуаса –
это ясно дураку.
Нацепив себе на шею
ожерелье из клыков,
Прохлажда;лся по трущобам
папуа;сских тростников.

А молодки-папуа;ски,
по туземному – «нанге;ли»,
Ходят все в татуировках,
чёрте что – ну, обнаглели.
Я гуляю мимо хижин,
замечаю – глаз кося;т,
Может, думаю, знакомство
завести со мной хотят?

Проклиная всё, что было,
говорю о том, что есть,
У вождя на именинах
облетела остров весть:
«Тот, кто выдаст дочку замуж –
тестем станет чужака –
Обретёт и власть, и силу,
юным будет на века!»

Колдуны и чародеи,
шарлатаны и магистры,
Всполошились не на шутку –
злые, как артиллеристы.
Тут не с духом потрепаться
и не порчу навести -
Обломилось с неба счастье,
только б но;ги унести.

Папуа;сские красотки,
не скрывая наготы;,
Всюду ищут чужестранцев -
от своих уже сыты;.
Пожилые папуа;сы,
перестали сдуру пить,
Бьются в злобной лихорадке,
предвкушая вечно жить.

Все забыли о запретах,
наплевали на тотемы:
«Ну, отбросишь ты копыта –
только родичам проблемы.
Не помогут даже духи,
толку что они летают?
Не религия, а скука –
не сожрут, так закопают!»

Как прослышал новость эту
их верховный папуас,
От большого возбужде;нья,
моментально впал в экстаз.
«Замуж выдам свою дочку,
засиделась в девках баба!»
И со мной назначил стрелку
под листвою баобаба.

Без особых церемоний
по сближению сердец,
Папуасские «нанге;ли»
наряжают под венец.
Нацепили мне «донга;н»,
объяснили – нож из кости,
Разукрасили, побрили,
не хватает только трости.

Возле хижины убогой
разожгли костры – штук семь,
А луна взошла на небо –
озверели все совсем:
По углям на босу ногу
папуа;сы, папуа;ски,
Поскакали точно бло;хи
в папуасской быстрой пляске.

Я гляжу глазами кобры
на взбесившийся народ,
А когда ввели невесту –
у меня скривило рот.
Одноно;гая, косая –
«обезья;но-крокодил»,
Я б её, моя бы воля –
в океане утопил.

Заклеймили по обряду –
дело в шляпе, а меня
С «обезья;но-крокодилом» 
спать ведут, богов кляня.
Я кричу, сопротивляюсь:
«Лучше в петлю, чем в постель!»,
Папуасы подвывают
то ль под флейту, то свирель.

К счастью, видно, в этом месте
оборвался страшный сон,
Я проснулся среди ночи
мокрый весь, аж до кальсон.
И теперь, не знаю право -
я женат иль холостой?
Обвенчать-то обвенчали
с той горбатой и косой!

              Май 2003