Тогда

Ещё зима.
Ещё не тает карта.
По снегу, вдоль товарных поездов,
Спешит арбитр индустриального азарта -
Толь восемнадцати, толь тридцати годов.

Ушанка - чучело,
Фуфайка, как ведро,-
Всё набекрень;
Глаза чуть-чуть раскосы,
Но бодрым от подпития распросам
Новеллою в них зреет серебро.

Мы молоды и нравится зима;
Погром славянский и не снится,
Романтики - мы верим в закрома,
Любим страну и жадные на лица.

Ещё ведь не осмечен БАМ;
Ещё, ещё не призван кто-то
Из мальчиков в Афганистан;
Приписки робко путь в отчётах
Лишь начинались, где-то-там.

Ещё? Берёзоньки Шукшин
В "Калине красной" не касался;
Вампилов в Риге разрешался;
В психушки не вели мужчин;
Высоцкий только начинался;
Мишенью быть не мог Тальков -
Тогда...РУБЦОВ на "холм" поднялся
В лучах неизданных стихов.

Хотя не скармливало время
Охотникам за головами
Для беснованья пусек - в храме,
Ему земля о поколеньях
Бывальщиной своих печалей
Поведает, чей бог "исправит"
Грядущему мировоззренье.

А на "равнине" молодым умам
Хватает анекдотов на дорогу,
И от поэм газетных, славя бога,
Под снегом отдыхает целина.

И солнце,
Сопок зажигая гарнизоны,
На краски дня раздав остаток весь,
Разлило розовым на путь и ЭДС,
И знахарей конюшни горизонта.

Зелённый светофора глаз готов
В ночь умыкать сиюминутных принцев,
Ну, уноси раскосый свой укол,
Останься в памяти.
А в строчке будешь Лизой.

           ***

Летите снеги памяти, летите.
Вы так и не растаяли в стране,
Застрявшей в перепутьи общежитий,
Далёкой - общежития вполне.