***

Прошлое. Коммуналка. Часть1. Валентин.

Мимо приоткрытой двери в комнату пронеслась задница соседа, оттянутый халат в полоску и, сжимавший его за шкирку, огромный кулак обидчика из комнаты через коридор. Минут через пятнадцать закончилась шумная возня, в квартире наступила тишина. Тишину оборвал хриплый голос Челентано. Исходя из этого, я поняла: сосед был унижен и оскоблен в лучших чувствах. Его душа рвалась от боли. Но он не был повержен. Он возвышался над грубой,  размером ровно с кулак , вероломностью второго соседа. С чуткой помощью хриплого душевного итальянца. Возвышался на последнем уровне громкости своего патефона. Того самого, из недр комиссионки некой пронырливой всемогущей подруги Бэллочки, у которой было все и всегда и в лучшем виде. Даже шапки из ондатры. И золотые перстни-печатки. Я лежала на диване и, глядя в потолок, с довольной улыбкой ясно себе представляла картину за стеной. Как он, униженный, но не побежденный, в халате в сине-зеленую полосочку, небрежно наброшенном на голое тело, возвышается над комнатой, а то и над всей коммуналкой, глубоко в кресле, утопая в своей непонятости. И над всем этим, вызовом отверженного гения, вызовом в толпу мракобесов и душегубов, разрывался Адриано. Дня на два, не меньше.