Оборванец

 Шум вокзала. Попрошайка-оборванец
 Весь в лохмотьях, искалеченный судьбой,
 Безучастно наблюдает вечный танец
 Чьих-то ног и рук перед собой.

 Ты приехал или уезжаешь?
 Я не знаю. И не знаешь ты.
 Взглядом равнодушно провожаешь
 Шляпы, чемоданы и цветы.

 Кто-то бросил под ноги монету…
 Подними, неужто не нужна?
 Не поднял. Пусть катится по свету,
 Знать, недаром круглая она.

 Сколько лет? Щетина скрыла годы.
 Кем ты был – об этом не спрошу.
 Оборванец ты – дитя свободы,
 Я же, пасынок, за нею не спешу.

 Ты молчишь? Молчишь. Святое право.
 Ты не веришь – вера позади.
 Не сердись, беседа – не забава,
 За вопрос прости, не осуди.

 Закури. Вот, спички, папиросы,
 На окурок  наступи небрежно...   
 Я не буду задавать вопросы,
 Я отдам тебе свои одежды.

 Мой костюм тебе придётся впору,
 А лохмотья мне великоваты…
 Да, предела нет людскому вздору,
 Чем мы пред судьбою виноваты?..

 Отдаю от сердца и навеки,
 Ни к чему словесные авансы, 
 Если мы душою – не калеки,
 Значит, мы ещё не оборванцы…

 На асфальт в отрепьях приземлившись,
 Я толпу собрал, как чужестранец,
 Загалдели люди, сговорившись:
 Оборванец! Оборванец!! Оборванец!!!

 Что столпились, праздные зеваки?
 Да, я спятил. Лишь дурак не пятит.
 Расходитесь, жаждущие драки,
 Брюк моих на всех, увы, не хватит.

 Вы о чём? Возможно, о погоде.
 Я ошибся. Может, о соседке... 
 Вам не жить в лохмотьях на свободе,
 Вам мечтать о ней в привычной клетке!

 Он догнал меня, чтобы обняться. 
 Безупречно чист и ясен взгляд... 
 Перед тем, как навсегда расстаться,
 Он забрал своё тряпьё назад.

 Так случилось. Увлажнились веки.
 Он шепнул мне: – К черту «реверанцы»!
 Если мы душою не калеки,
 Значит, мы уже не оборванцы.