Кученей

Не из красных палат и высоких хором,
А с премудрых Кавказских гор
Молодую черкешенку в платье мужском
Привезли мы на царский двор.

 

Не затворницей девка жила у отца.
(Он богатый восточный князь!)
Ей бы зверя травить, оседлав жеребца,
Да нестись по горам, смеясь.

 

Хороша басурманка! Бела и стройна...
Заглядишься: не девка - клад!
Заострённые брови смолил сатана,
Хладнокровен и дерзок взгляд.

 

Горделивая поступь, дворянская стать;
И умом, и душой - змея.
По лицу и повадкам легко прочитать:
"Расступитесь! Царица - я!"

 

Изумлялась придворная знать белизне
Осенённых перстнями рук.
Между тем как отшельник стоял в стороне
Недовольный и злой Темрюк.

 

Он глядит на бояр... Он свиреп, как шайтан.
Он смотринам совсем не рад.
"Царь доволен!" - шепнул, поправляя кафтан,
Черноокой девицы брат.

 

По широкой Руси мы искали невест
Иоанну-царю под стать.
Коль избрал чужеземку - оденем ей крест
И начнём по-иному звать.

 

Пусть забудет поганое имя своё:
Государь будет мужем ей!
Но не льстит безотрадное бабье житьё
Греховоднице Кученей.

 

Ей не сладок дворцовых покоев елей
И стареющий царь не люб.
Уж куда интереснее - мучить людей
Да с восторгом глазеть на труп!

 

А покамест кровавая длится война
С властелином заморских стран,
Перед образом будет молиться она...
Под подушкой храня Коран.