Серость в чине

В нашем обществе слишком уж часто
Серость с чином пытались роднить.
Повелось награждать непричастных
И совсем невиновных - казнить.

Только серость везде процветает
В нашем обществе попранных прав.
Серость нацию всю оглупляет,
Искрам разума роста не дав.

Боже праведный, как же тоскливо
Видеть серость на стуле большом!
Не по разуму серость криклива,
Не по крику "блистает" умом.

Но что делать? А жить-то ведь надо...
Хоть с достоинством жить не дают.
Только серые серости рады,
Ей всегда дифирамбы поют.

Непонятно им, что растлевают
Они идола зря своего,
Но, по серости, только и знают,
Что юлят лишь в ногах у него.

Ох, немало людей очень "гибких",
Очень верных чинам завсегда...
По делам их позиции - хлипки,
Но, всёж, - в лучших они иногда.

Ясно всем: с ними "кашу не сваришь",
Но от них - никуда: все - семья.
Знают все: гусь свинье - не товарищ...
Как докажешь: кто - гусь, кто - свинья?

За себя постоять они могут,
У них в этом способности есть.
Да и шефы лакеям помогут,
Демонстрируя плату за лесть.

Удивляться тому вряд ли стоит -
Всё тут ясно... Куда уж ясней?..
Ведь известно: рука руку моет,
Тем заметней, чем руки грязней.

Да и можно ль чему удивляться,
Если честь и достоинство - пшик?
Иль у верхних в ногах поваляться,
Или нижним хамить - в этом шик.

Невнимание, дурью терзанье,
Фанфаронство, позёрство и зло -
Это людям всегда наказанье.
А кому их не знать повезло?

Серость в чине разумных не слышит,
Норовит им лишь власть показать
(В ней чуть-чуть лишь порядочность дышит,
Или молча живёт, так сказать).

Хоть, бывает, играет в культуру,
Деликатно беседу ведёт,
Демонстрирует щедрой натуру...
Но куда от себя-то уйдёт?

На словах всем понятно, конечно:
Плохо, в общем-то, серостью быть.
Но таких, кто б грустил безутешно,
Днём с огнём вряд ли где раздобыть.

Вряд ли кто к себе чуть хоть критичен -
Всяк в себя убеждённо влюблён,
В обобщеньях своих ограничен:
Серость - кто-то, но вовсе не он.

Да и в ком же такая есть смелость,
Даже средь очень смелых мужчин,
Кто признает, что он лично - серость,
Если он - пусть хоть маленький, - чин.

Если чин - то уж он непременно
Самый умный и мудрый во всём.
А со временем он, постепенно,
Видит всё в превосходстве своём.

Скромность вовсе с чинами не дружит,
Ведь они презирают её.
Но чины оттого вряд ли тужат -
Их бодрит самомненье своё.

Много лет уж такое творится,
Что тут скажешь - уж так повелось.
Плохо дело... Но, как говорится,
Это всё - пока спит наша злость.

Делать что-то с такой жизнью надо,
Ведь иначе - погибель всему.
Хоть при этом не все будут рады,
Но бояться того - ни к чему.

Здесь пора говорить, видно, смело:
С пьедесталов всю серость - долой!
Ублажать и терпеть надоело
Псевдоинтеллигентский наш слой.

Здесь уместно сказать без елея:
Люди, помните - люди же вы!
Заявляйте об этом смелее!
Не склоняйте своей головы!

Здесь уместна и категоричность,
Уходить от неё нет причин:
Уважать могут все только личность,
Без неё омерзителен чин.

            Сентябрь 88.