Жизнь одна

Спустилась ночь, с ленцою беззаботной,
На юный сад, где пели соловьи.
Прошли года, как май -  бесповоротно,
Ушли лета, но только не мои.

Всё так же, как и в юности далёкой,
Цветёт сирень, в душе поёт весна.
И месяц, как и прежде – одинокий,
Лукавым взглядом, смотрит на меня.

Я утром, как обычно, спозаранку,
Уйду в луга, там прячет зори ночь.
И  может, где-то встречу в поле Мавку,
Седой былины, сказочную  дочь.

Я ей спою, как тёплый ветер мая,
Ласкал сирень, когда она цвела.
И как гитара, струнами  играя,
Своею песней, милую звала.

Спою про всё. Про белый цвет калины,
Про куст рябины в гроздьях за окном,
Про плач берёз, и косу у дивчины,
Что расплела под радужным дождём.

Я буду петь про нежность хризантемы,
Про вольницу казацкую и  Сечь.
Вишнёвый сад, черёмухи метели,
Огонь любви венчальных, брачных свеч.

Красой земной хочу налюбоваться,
И дорожить на свете, каждым днём…
И ароматом лета надышаться,
Чтоб не жалеть о прожитом, потом.

         12 октября 2009 год.



Ма;вки (на;вки) — славянские мифические существа, злые духи, русалки[1]: у украинцев — мавки, майки, нейки, у болгар — навяки или навы, у словинцев мавье, навье, мовье.
Мавками становятся малолетние дети, умершие без крещения или задушенные матерями. Также мавкой может стать ребёнок, умерший на Русальной неделе. Считаются, что таких детей забирают русалки, уносят их к себе в воды, где превращают их в мавок. Поверье было позднее, христианизировано в юго-западной Руси (Украина).
Если на них брызнуть водой и сказать «Крещу тебя во имя Отца, Сына и Святого Духа», они обращаются в ангелов и оказывают своему благодетелю большие услуги. Это может произойти только в течение семи лет, после того, как ребёнок превратился в мавку. Если же в течение семи лет мавку никто не покрестит, то она навсегда остаётся мавкой. (Пояснения взяты из Интернета).