Миниатюры 38

Спать можно даже с сотней мужиков!
Лишь главное быть девственницей ночью.
Той первой брачной ночью без грехов,
Когда любовь влечёт нас в час урочный.
И муж счастливый сам под утро засыпает,
Только что ждёт его, пусть лучше он не знает.

С самого детства всегда верила я в чудо,
Что муж мой будет первым на Земле!
И приготовит для меня такое блюдо,
Которое ждала я столько лет.
Увидела его, когда я мыла раму,
Не удивляясь, что его зовут Адамом.

В двадцать лет я вышла замуж,
Но не по любви!
Я сказала как-то заму:
«Только позови!
Чтоб сбежать мне от супруга
Первого, молю!
Мне нужна лишь помощь друга
Бездны на краю».

Вернулась Валя только через месяц,
Мне, говоря, что без меня страдала!
С мужчинами прилежно куролеся
Всё время по весне под одеялом.
Как можно лёжа с мужиком в постели
Страдать четыре девочке недели.

Год назад мне сделали в больнице
В ночь операцию по измененью пола.
Однако, не верьте небылицам,
Что в сексе всё у нас приятно и толково!
Я б изменил бы себе пол опять,
Но денег, боюсь, всё же не достать.

Собачья жизнь не только у собак!
Мой приятель объедает дома кости!
Когда ко мне заходит просто так,
Он на жизнь свою пожаловаться в гости.
Его жена не признаёт мясные блюда,
На поводке его, держа, точно верблюда!

Квартира у неё - ни дать ни взять!
Но в плане секса эта женщина – богиня!
Не ценит это только её зять,
Которого не увлекла бы и княгиня!
А мы, все почитатели таких талантов,
Её на руки поднимаем, как Атланты!


Когда наутро я спросил у Инны,
Что ей понравилось вчера со мной в постели,
Она задумалась, как все пингвины,
И мне сказала, словно соловьи пропели:
«Понравился твой хорошо подвешенный язык».
Я от услышанного сразу сердцем и поник.

Любовь меня в тюрьму ведь привела!
А вот обратно, сволочь, выводить не хочет!
Она крутилась телом, как юла!
И синева ночей бросалась в её очи!
Подрался я из-за неё, была причина.
Какие всё же мы безмозглые мужчины!

Мечтала с детства всегда женщиной я стать!
Прекрасной, как Дюймовочка из сказки!
Всех поражала бы моя такая стать,
И голубые, как озёра глазки!
Но когда решилась я на первый в жизни шаг,
То было уже поздно! Мне нужен только маг!

Три года Оля спала с моим мужем!
И вот на днях мне случай выдался такой,
Её хотела посадить я в лужу
В последний солнечный июньский выходной.
С её отцом я переспала на закате!
Так отомстила ей в своём я красном платье.

Пусть я в постели с ним теперь не сплю,
Зато несу своё призванье гордо!
На всех мужчин с балкона я плюю,
Взирая на поклонников когорты.
И всё же по ночам с тоской вздыхая,
Я жду весны, цветенья роз, как в мае!

Я даже не заметила в начале,
Как симпатия в любовь переросла!
Встречались с ним мы ночью на причале,
Когда все смолкали, бить колокола!
Но, а потом нас охватило это чувство,
Оно сродни только великому искусству!

В моих мечтах всегда являлся он,
Конечно не таким, как в жизни бренной!
Меня потоком нёс прекрасный сон,
Где не горчило, как в измене, хреном!
Там был он умный, деликатный и красивый!
И целовал меня восторженно под ивой.




Массажный мы открыли в городе салон,
Но нам обслуживать пришлось ночами
Лишь местных льготников, бандитов и ОМОН,
Не повезло нам с крепкими плечами!
Ещё ходить к нам любят депутаты!
Они бесплатный ценят секс, как все ребята.

Да, не родился ещё тот мужчина,
Которым я б хотела обладать!
Одна и та же вечером картина,
Лишь телевизор, пиво и кровать!
О женщинах они настолько забывают,
Как будто едут в переполненном трамвае!

Я гордая и поэтичная такая,
Что сразу привлекла внимание к себе!
Всех пацанов от десяти до дров в сарае,
Весною, в этом всеми брошенном селе!
Да, не легко приходится красавице!
Но мне никто из них пока не нравится.

С этим юнцом я, мать троих детей,
Спала! И даже, кажется, влюбилась!
Муж не в восторге был от этаких затей,
Но сдался победителю на милость.
И всё-таки семью я выбрала в то утро!
Ведь я одна могу прожить без камасутры.

Замуж вышла в двадцать лет
Девственницей в целом.
В жизни был моей секрет,
Когда сердце пело!
Кто из нас ведь не шалил
С другом вечерами?
Звали милого Шамиль,
Это между нами.

Я до сих пор оргазм не испытала,
Ни с одним парнем, а тем паче с мужем!
Неплохо было мне под одеялом,
Когда дожди ласкали страстно лужи.
Но это всё не то, скажу я к слову!
Мне хочется любви лишь после плова.

Я долго сомневалась на закате,
А стоит ли использовать свой рот!
Лишь для того, чтоб в баре в длинном платье,
Порадовать всех тех, кто к нам придёт.
Но меня уговорили, между делом,
И в полный голос нежно я запела!


С Олегом я порвала, потому
Что он два года провожал меня домой!
Ему прощала только одному,
Что целовал меня он летом и зимой!
Но он считал – закончен этим вечер!
Поэтому погасли наши свечи.

Вадим меня наставил на путь истинный,
Хоть я пути окольные люблю!
Швыряла осень золотыми листьями,
А ночью в нашу честь гремел салют!
Правда, закончилось беременностью это!
Придётся мне рожать невольно этим летом.

И, как я не старалась знойным летом
Избавиться от  комплекса мужчин,
Однако, словно спящая комета,
Сгорала в отражении витрин!
Как увижу симпатичного мужчину
Сразу падаю мгновенно я на спину!

Мне не нравится моя большая грудь!
Жаль, но поделиться, увы, не с кем!
Как она мешает ночью мне заснуть!
Как движениям мешает резким!
А взгляды похотливые самцов
Достойны только явных подлецов!

Как увижу я Максима Галкина,
То мне кажется, что я его жена!
Пусть любовь ему досталась Аллкина,
Но не радует их по ночам Луна!
А как бы я сейчас Максима приласкала,
Но вряд ли мне позволит сделать это Алла!

Меня волнуют песни Лаймы!
Особенно про Акапулько.
Пусть написал её не Раймонд,
Но она блещет, как сосулька,
В лучах зари, что возбуждает
В воображении картины…
И снег от восхищенья тает,
Как я в объятиях мужчины!
Так о любви не выражался
Ещё никто, увы, на свете!
И Акапулько, словно в вальсе,
Нас кружит вихрем по планете.




      
        Леонид Кулаковский

Мужчина этот незнакомый
Запрыгнул за мной тут же в лифт, как кобра!
Я испугалась у проёма,
Тем более, что мир вокруг недобрый!
Ударила его я сумкой
По голове со всею страшной силой!
Разбив при этом свои рюмки,
Все до одной, что к празднику купила!

Из бриджей выхватив баллончик,
Я брызнула ему в лицо мгновенно!
Заплакал в этот миг молодчик,
Бросая свой рюкзак мне под колени!
Он выскочил из лифта быстро…
Меня хотели осудить за это!
Я парню отнесла канистру
Икры, замаливая грех свой летом!

Забрал своё он заявленье,
Которое в милиции писалось.
И сразу мне, без промедленья,
Встречаться предложил! Поцеловались
Мы вместе с ним в июне жарком
У берега морского в Ильичёвске,
Гуляя ночью в летнем парке…
Какой он милый - Лёня Кулаковский!

Пыталась долго я понять,
Что так в Олежке изменилось!
И в городе морская гладь,
На пляже нежностью разлилось!
Когда в его руках заметила я книгу,
Рассеялась, как утренний туман, интрига.

Подозрений, как мужчина,
Николай не вызывал.
Пока лёжа на перине
Замуж он меня позвал!
Даже милый не пытался
Затащить меня в постель!
Нет, не нужен ему галстук,
А тем более апрель!









Днём в школе меня очень возбуждали
Маяковского чудесные стихи!
Они вели в пленительные дали,
Где мир любви неведомых стихий!
Сегодня, все кому не лень, в азарте,
Из широких штанин «паспорт» достают!
Но толку никакого нет на карте
Планеты нашей, где царит уют.

Однажды показала я Андрею
Свои стихи, когда горели свечи.
Заплакал он, читая их: «Не верю!»
Лишь восклицая в этот летний вечер.
«Жаль, - говорит, - поэты плохо все кончают!»
Я, как хозяйка, предложила ему чая.

Работать стало невозможно проституткой!
Ведь раньше мне за удовольствие платили.
Коснулся, видно, кризис всех, это не шутка!
И даже на болоте не увидеть лилий!
Теперь сама за удовольствие плачу я!
Так не легко прожить, увы, без поцелуев.

Мне с женщинами трудно находить,
Общий язык, увы, в ночное время…
Ведь я военнослужащего нить
Несу в себе, как тягостное бремя.
Я, как солдат, привык к суровому интиму…
И все подруги говорят: «Иди ты, Дима…»

Мы никогда в любовных отношеньях
Не заходили так, скажу я, высоко,
Как в гору Синяя в Карпатах с Веней,
Когда ушли с утра от дома далеко.
Лучше б в постели так я уставала!
Промокнув от росы без одеяла.

Запомнились его мне только тапочки!
Но, впрочем, на нём больше не было вещей.
Так прыгают по полю дружно зайчики,
Остерегаясь злобных, маленьких клещей.
Да и в постели он ни чем не выделялся!
Двигаясь своим, в моих объятьях, галсом.

У нас в ночи игра такая есть с Азимом!
«Сезам, откройся!» Говорит он громко.
На столике нам светит лампа с керосином,
И вновь к себе влечёт кровати кромка!
И вот я отдаюсь разбойникам, невольно,
А их ведь вместе сорок, это так прикольно!

Меня глазами парни пожирают!
Я уже столько потеряла килограмм!
Что даже, словно роза утром в мае,
Свечусь незримая стеклом оконных рам!
И дефилируя по пляжу знойным летом
Смущаю вечно сон влюблённых я поэтов.

Мой кавалер такой ревнивый!
Что даже я, когда сломала себе ногу,
(Упав на лестнице со сливы)
Он лишь спросил меня, прокашлявшись немного:
«С кем это ты резвилась так в постели?»
Возможно, он дурак на самом деле!

Я образованная женщина и леди,
И мне мужчин намного легче совмещать!
Я подкупаю утром всех своих соседей,
Чтоб эта тайна не могла умы смущать.
Так продолжается уже, скажу, лет десять!
В Пальмире Южной и красавице Одессе.

Наши с Николаем отношения
В сценарий «мыльной оперы» стучат.
Забыли мы прекрасные мгновенья!
Детей у нас не будет и внучат.
Не знаем точно, чем кончаются они!
Ведь сериалов мы не видели одни.

Ходили люди первобытные ночами
Лишь полуголыми, ведь это было модно.
Они могли в лесу деревья рвать плечами!
На всех по-честному деля свои доходы.
А мама моя это всё не понимает!
Всегда ведь мода возвращается к нам в мае.

Люблю я острые по жизни ощущенья,
Когда мой муж в ночи является домой!
И я, мечтая о прекрасном, ем печенье
Лишь поправляясь, каждый летний выходной!
Но в командировки его не посылают,
А я уже с трудом влезаю в дверь трамвая!

Стесняюсь я при нём сама раздеться!
А вдруг опять он ночью убежит!
Мне нравится ещё пока мой Петца!
Хотя совсем, увы, он не гранит!
Возможно, тоже стану я Петренко,
И полюблю, как он, есть только гренки.


Рецензии