У меня внутри пусто, когда я пишу...

У меня внутри пусто, когда я пишу,
Ничего не продумав. Ну, так, набело.
Включаю я музыку, чтобы был шум,
И быстро строчу. За грязным стеклом

Снова был летний яростный ливень.
Чай на губах так привычно горчит.
Кажется, мне немножко… тоскливо.
Бумага под пальцами нервно хрустит.

Шторм в голове проскочил, не иначе.
Украл вдохновенье, идеи… слова.
Блокнот незамаранный быстро я прячу.
Хватит, наверное. Муза мертва.

Ночь точно ясный солнечный день,
Чёрствое лето пришло вместе с ветром.
А в стенах отплясывать станет вдруг тень
Болотных высоких старых деревьев.

Я бы спросила тебя: «Ты не спишь?» -
Давно забрело уж за полночь время
(Ох, так устала выслушивать тишь,
Немного устала от тени деревьев).

Я бы спросила тебя: «А ты тоже
Не в силах уснуть из-за света ночи?..»
Глаза я закрою к рассвету и, может,
Запомню свои расторопные сны.


«Как-то мне снилось, что я научила
Дикого зверя быть кротким котом.
Я была бледной. Я была… стылой,
Не каждый же день встречала я львов!

Шершавый язык – по щеке цвета мела,
А взор был так верен, был мягкий такой…
Я, знаешь, боялась. Чуть-чуть онемела.
И Бога просила, чтоб это всё – сон!..

Как-то мне снилось, что скорый поезд
Ждал меня долго, дней этак пять.
Ехала может, на юг, может - в город,
А может, не ехала я… Не сказать.

Мой чемодан был на радость не весок,
В нём были ручки, и книги… тетрадь.
Видимо, я не ждала путешествий.
С тетрадью-то, с ручкой… Нечего ждать.

Но в поезд я села, а он, будто в сказке,
Забавно сказал мне громко: «Чух-чух!»
И мчался, и мчался он без оглядки.
Быть может, в другую, в чужую, страну.

Как-то мне снилось, что люди честны,
А правда, на самом-то деле, страшна.
Странно ли слышать признанье в любви,
А далее: «Знаешь, ты малость тучна»?

Вокруг дифирамбы: «Будет же правда!»,
«Без истины нет в человеке души!».
Народ такой дружный, идёт против смрада.
…Но я в этом сне так скучала по лжи.

Как-то мне снилось, что я засыпаю
На белых полотнах горящей Луны.
Она улыбалась, и Солнце – смеялось,
Прячась за шаром гигантской Земли.

Звёзды здесь были тысячей ламп,
А Космос мне пел колыбельную Мира.
Меня укрывал нежнейший атлас,
А рядом стояла тарелка с зефиром…»


Этой ночью – иль утром? – не было снов.
Я не выспалась, что… абсолютно обычно.
В голове и сейчас бродит бешеный шторм,
Чёрный чай на губах горчит так… привычно.

У меня внутри пусто, когда я пишу,
Ничего не продумав. Ну, так, набело.
Я бы спросила тебя: «Милый друг,
От сердца иль нет – не всё ли равно?»

А светлою ночью я лягу с закатом.
Вдруг поезд придёт иль, может, львы?..

..Я бы сказала тебе: «Благодарна.
Спасибо, что слышишь мои стихи».