О времена! О нравственности

До дебильности помнить каждый разговор с тобой. Я вообще-то не прозаик, но сегодня напишу. Я хочу писать только о тебе уже два года. А ты не знал этого до сегодня. Я запомню этот день. Хотя.. нет, не запомню. Я запоминаю счастливые даты. Я сегодня поскорблю. Мне до боли в челюсти хочется вернутся ровно на год назад. Тогда ты не был так часто вне зоны доступа. Я была куда глупее, я была куда не я. Ты был в свободном доступе половину дня с перерывами в сорок пять минут. Ты никогда меня не любил.
До дебильности сейчас захлебываться песнями, которые слишком ты. Ты во всем. Самое поганое то, что после заката я лягу в свою холодную постель и проведу остаток ночи на влажной подушке. Ведь и ты там будешь. Рядышком. Ты, который слишком уж песня.
Если писать сводку о том, сколько произошло в моем сознании, можно чокнуться от боли. Ты бы не вынес, но ты уже болел. Тебя не усыпили. Ты просто валяешься в коме. Не дай Господь тебе столкнуться с тем, с чем столкнулась я.
Я благодарю Бога: "спасибо, что я хотя бы его знала". Я проклинаю черта: "зачем ты мне его послал?". А с сегодняшнего дня я уже не имею прада даже страдать по тебе. Но по инерции не смогу остановиться. Так цепляются смертельно больные за жизнь: как руками за воздух. Обречение еще не конец, можно еще покорчится в муках, но зато пожить.
Нет, ты не конец этой жизни. После тебя я проживу долго, и буду вспоминать тебя. Нет. О тебе я буду помнить. Вспоминать я буду о муже, иногда.
Итак, четвертое нольтретье, сегодня в двадцать два тридцать похоронена еще одна часть моей души. Свет потух и там. Остался длинный коридор. Но я не знаю что за ним: выход на мокрую грязную и холодную улицу, или огромный бальный зал для приема новых гостей. Да и что бы было лучше, я тоже не ведаю.